Условие спасения

Лерой Форлайнс

Выдержка из книги: Форлайнс Ф.Л. Библейская систематика, СПб: Библия для всех, 1996, гл. 12.

Обычно рассуждению о природе спасения предшествует учение об условии спасения. Я же предпочел сделать наоборот, так как я считаю, что это послужит лучшему пониманию условия спасения.

I

Покаяние и вера: одно условие или два?

А. Постановка вопроса

Как правило, мы говорим, что есть только одно условие спасения. Это условие — вера. Но все же мы нередко говорим, что покаяние есть условие спасения. О покаянии и вере зачас­тую рассуждают так, как если бы это были два условия спасения. Итак, сколько же условий спасения?

В многочисленных цитатах из Нового Завета вера выступает как единственное условие спасения (Ин. 1:12; 3:16,18,36; Деян. 16:31; Рим. 3:22,28; 4:1-25; 5:1; Гал. 2:16; 3:1-18; Еф. 2:8-9; 1 Ин. 5:13).

В некоторых случаях покаяние упоминается как условие спасения — о вере же не упоминается вообще: Лк. 24:47; Деян 2:38; 3:19; 5:31; 11:18; 17:30; 26:20; 2 Тим. 2:25; Евр. 6:6 и 2 Пет. 3:9.

Какой вывод можно из этого сделать? Если мы решим, что покаяние и вера — два условия спасения, то в Новом Завете есть всего три места, где оба этих условия упоминаются в одной фразе: Мк. 1:15; Деян. 20:21 и Евр. 6:1. Значит ли это, что всего в трех случаях человеку объясняется в одной фразе, как он может получить спасение? А что же в других местах: должны ли мы брать одно условие из одной цитаты, а другое — из другой?

Кроме того, если мы предполагаем, что покаяние и вера — это два условия спасения, то как же нам понимать тот факт, что слова каяться и покаяние не встречаются у Иоанна ни в Евангелии, ни в его посланиях? Значит ли это, что этот текст не охватывает всех условий спасения?

Я считаю, что было бы очень странно, если бы только в трех местах Библии оговаривались все условия спасения.

Видимо, предпочтительнее вывод о том, что есть лишь одно условие спасения — если только мы сможем обосновать этот вывод. Здесь возникает проблема, связанная с необходимостью выбора между покаянием и верой (как условием спасения), поскольку Писание говорит и о том, и о другом как об условии спасения.

Я считаю, что выход в том, чтобы рассматривать покаяние и веру как одно условие спасения, так как они оба представлены в Писании как средство спасения. И то и другое говорит об одном и том же жизненном опыте.

Б. Что такое покаяние

Греческое слово «метаноэо», которое переводится глаголом каяться, буквально означает «изменить свой ум». В зависи­мости от контекста это греческое слово может относиться к «перемене ума» как ко благу, так и ко злу. Тренч пишет: «Плутарх (Sept. Sap. Conv. 21) сообщает о двух убийцах, которые, вначале отпустив ребенка, после «переменили свой ум» («метеноэсан») и пытались его убить…»

Тренч продолжает:

Лишь после того, как слово «метаноиа» вошло в обиход Писания и авторов, опирающихся на Писание, возобладало то его значение, которое относилось к «перемене ума» в сторону более мудрой оценки прошлого… (Richard Chenevix Trench, Synonyms of the New Testament, Grand Rapids: Associated Publishers and Authors, a reprint, n.d., p. 242).

Перемена ума в покаянии — это перемена в мыслях, в сердце, в воле. Происходит смена одной точки зрения на другую, а это влечет за собой перемену в отношениях и поведении человека. Об этом говорил Павел в Деян. 26:20. Он проповедовал «язычникам… чтобы они покаялись и обратились к Богу, делая дела, достойные [соответствующие] покаяния» (см. также Мф. 3:8 и Лк. 3:8).

В покаянии совершается перемена ума. Происходит изме­нение во мнении, в точке зрения и в убеждении. Относительно связи покаяния со спасением главный вопрос таков: в чем суть этой перемены? Ответ на этот вопрос можно найти, проанали­зировав тексты, в которых проводится связь между покаянием и спасением.

В Деяниях есть такие места, где контекст проясняет область перемены, совершающейся в покаянии. Если прочесть эти фрагменты, последовательно заменяя слово покаяние «переме­ной ума», то легче будет понять, о каких сферах мысли идет речь. В день Пятидесятницы, когда Петр сказал иудеям: «По­кайтесь!» (Деян. 2:38), — по контексту они должны были покаяться в своем неверии в Иисуса Христа (Деян. 2:23,36). Из этого следует, что подразумевается не только перемена во мнении, но и перемена в отношении и поведении. Те же принципы просматриваются и в Деян. 3:19 и в Деян. 5:31. В Деян. 17:30 призыв к перемене ума выступает в негативном аспекте — как призыв к отказу от идолопоклонства (ст. 22-29). А позитивным аспектом является призыв уверовать в Иисуса Христа (ст. 31).

В. Взаимосвязь покаяния и веры

В покаянии совершается переход от чего-либо старого к чему-то иному. Конкретные характеристики исходного состоя­ния у разных людей разные. Некоторым необходимо просто отказаться от своего неверия, иным — от ложного учения или язычества. Но каково бы ни было исходное состояние человека, цель перемены всегда одна. Всем необходимо прийти к вере в Иисуса Христа.

Покаяние — это термин, охватывающий и исходную, и конечную позицию, но акцент делается именно на последнем. Покаяние — слово, двигающее вперед. Это не значит, что значение исходного состояния уменьшается; просто в центр внимания ставится конечная цель. И эта цель покаяния есть вера (см: Деян. 20:21 и 2 Тим. 2:25).

Вера и покаяние взаимосвязаны. Чтобы верить, надо отойти от неверия, какова бы ни была его форма. Предел покаяния — вера. Если мы говорим, чтобы человек покаялся, это значит, мы убеждаем его уверовать. Термин покаяние подчеркивает совершающуюся перемену, тогда как в слове вера выражена цель, ради которой совершается покаяние.

Различие между покаянием и верой можно проиллюстриро­вать следующим примером. Когда мы предлагаем жителю Атланты покинуть Атланту и переехать в Нью-Йорк, — то это аналог призыва к покаянию. Если же мы предлагаем ему переехать в Нью-Йорк — это аналог призыва уверовать. В принципе суть призыва одна и та же, различие — только в подходах.

Вера — это основное понятие, так как именно в нем отражен позитивный результат, к которому приводит покаяние. Покая­ние же характеризует процесс перехода от чего-либо к чему-то иному. Понятие вера обозначает цель, к которой направлено покаяние.

Когда мы говорим о значении покаяния и веры для спасения, то речь идет об одном условии спасения, а не о двух. Опыт покаяния и опыт веры — это, в общем, один и тот же опыт. Но поскольку вера — основной термин, то в дальнейшем мы обратимся именно к учению о спасительной вере.

II

Природа спасительной веры

А. Смысл спасительной веры

Спасение верой — это когда человек отказывается от всякой уверенности в своих силах или в чем-либо ином и полностью, искренне вверяет Христу дело своего спасения.

Здесь возникает проблема: если вера — единственное усло­вие спасения, то как же не допустить мысли, будто спасение может быть чисто внешним жизненным опытом? Некоторые пытаются решить эту проблему при помощи объяснения, кото­рое они дают природе веры. Они стараются доказать, что вера определенным образом предполагает послушание, но в то же время стараются подчеркнуть, что она отличается от добрых дел.

Как мне кажется, путем той или иной трактовки понятия вера мы не сможем избавиться от впечатления, что спасение — это лишь поверхностный опыт. Вера — это не столь сложное понятие; в нем лишь два элемента: 1) восприятие искупитель­ной истины и 2) доверие.

В истории народа Божия содержанием этой веры было обусловлено то, что в определенное время Бог явил Своему народу искупительную истину. Люди должны были воспринять это откровение, если они хотели сохранить веру. Что касается нас, то мы должны поверить в искупительное откровение Божие, каким оно явлено в Иисусе Христе. Я признаю, что человек может иметь спасительную веру и в то же время не совсем правильно понимать то, что сказано об Иисусе Христе в Библии. Но я не допускаю, что человек, не верящий в то, что сказано об Иисусе Христе в Библии, может иметь спасительную веру. Вера предполагает уверенность в том, что Библия сооб­щает нам истину об Иисусе Христе.

Что касается элемента доверия в спасительной вере, то он проявляется в том, что спасение человека зависит от Бога. В Новом Завете это зависимость от Иисуса Христа. Как бы мы ни трактовали понятие вера, этим мы не защитим себя от поверхностного христианства. Не требуется особого знания древнегреческого или древнееврейского языков, чтобы дать вере такое определение, в котором были бы предусмотрены гарантии защиты. Но что нам действительно необходимо, так это точное определение спасения.

Мы веруем «ради спасения». Спасение — это цель веры. Человек, воспринимающий спасение, не может воспринимать его поверхностно, если только не поверхностно само спасение.

Спасение состоит из оправдания и освящения. Из учения об освящении — особенно о его непреложных результатах — яв­ствует, что освящение не может быть внешним. Мы не можем веровать только ради прощения грехов; вместе с тем, мы веруем ради изменения нашего положения по отношению к Богу и греху. Если мы получаем спасение, то получим и прощение грехов и перемену в отношении к Богу и к греху — и все это не будет внешним.

Проблема возникает тогда, когда мы говорим людям, что они могут получить прощение, продолжая считать изменение жизни необязательным. Это влечет за собой множество обра­щений, в которых нет спасения. Трагедия не в том, что такие люди принимают Иисуса лишь как Спасителя, а не как Господа. Трагедия в том, что они не принимают Его вовсе — ни как Господа, ни как Спасителя.

Спасение верой невозможно без понимания (хотя бы и ограниченного) сущности спасения. В спасительной вере живет тот человек, который понимает, что спасение задумано для прощения грехов людей и восстановления их в святой жизни. Такой человек сознает, что он грешник; он понимает всю серьезность греха. Он сознает себя негодным и проклятым. Он знает, что осужден. Проблема греха — это реальная проблема для его ума и сердца. И такой человек стремится каким-либо образом покончить с грехом в своей жизни. Он хочет получить прощение, хочет, чтобы в нем совершилась перемена. Этот человек понимает, что Иисус Христос страдал и умер на кресте ради его спасения, и верит в то, что Бог открыл нам в Библии об Иисусе как Спасителе. Он доверяет Иисусу как своему Спасителю и тем самым позволяет Иисусу простить его грехи и обновить его жизнь. Согласно христианскому учению, в этом акте веры человек, на основании искупительной жертвы Хрис­та, получает оправдание и освящение.

Без осознания человеком своих грехов и перемены его отношения к греху и к Иисусу Христу не может быть спасения верой. Конечный пункт этой перемены — вера. Процесс изме­нения, включая конечный пункт, называется покаянием. Необ­ходимо пользоваться обоими терминами. Когда речь идет о толковании истинной природы спасения, следует пользоваться понятием вера. Термином покаяние нужно воспользоваться, когда необходимо объяснить людям, что жизни в спасительной вере присуща глубокая перемена ума, сердца и воли (Мне нравится то, как понимается этот переход к вере в странах СНГ. Когда кто-нибудь исповедует свою веру, о нем говорят: «Он покаялся». И христиан принято называть верующими).

Б. Вера и личность

Ум, сердце и воля участвуют в спасении верой. Наш ум объективно воспринимает истину о грехе, Иисусе Христе и спасении; он улавливает содержание этой истины и формирует соответствующее представление.

Сердце воспринимает субъективно то, что уже воспринято (объективно) умом. Истина о грехе становится актуальной. Выносится приговор греху. Обретает реальность истина об Иисусе Христе и о спасении. Реальность этой истины побуждает сердце действовать.

В нашей вере, как и во всем христианском опыте, участвуют эмоции. Мы чувствуем то, во что мы верим; это нам не безразлично. Эмоции от сотворения присущи человеческой личности. Конечно, необходимо, чтобы они опирались на исти­ну и руководствовались истиной, но недооценивать их нельзя.

Что касается воли, то она производит обращение человека к Иисусу Христу. Но воля может это сделать лишь тогда, когда ум и сердце уже к этому готовы. Исходя из готовности ума и сердца, воля приводит в действие реакцию — веру.

В. Вера как дар

В Ин. 6:44 Иисус сказал: «Никто не может прийти ко Мне, если не привлечет его Отец, Пославший Меня». Еще до первой реакции человека должно быть движение навстречу ему со стороны Бога. Необходимо не только приглашение, но и при­влечение со стороны Бога. Нужно, чтобы Святой Дух Словом Божиим действовал в сердце и уме человека, чтобы подготовить его ум и сердце; и лишь потом со стороны грешника может последовать реакция веры.

Тот, кто не спасен, не может ответить Иисусу Христу без помощи Святого Духа. А Святой Дух действует в той мере, в какой проповедуется Слово Божие. Сердце человека может противиться действию Святого Духа, но, насколько возможно, Святой Дух просвещает ум истиной о грехе, об Иисусе Христе и о спасении. Дух способствует тому, что сердцем своим человек осуждает грех. Подготовка ума и сердца Словом Божиим и Святым Духом создает человеку диапазон возможностей, из которых он может выбрать веру в Иисуса Христа. Реакция веры не является обязательной, но она уже становится возможной. Теперь человек может ответить «да» или «нет».

Веру называют даром, поскольку она невозможна без дей­ствия Святого Духа. И в то же время вера — это такая реакция человека, которая является личностной -реакцией. Акт веры — это поистине его личное действие. Если трактовать человека как личность, то его действие должно быть в определенном смысле его личным действием, независимо от степени божест­венной помощи. В противном случае мы низвели бы человека до состояния более низкого, чем личностное бытие.

Некоторые утверждали, что «вера в Сына Божия» (Гал. 2:20) и другие подобного рода упоминания свидетельствуют, что ‘спасительная вера — это вера Христа, которая дается человеку. Получается, что вера является даром, поскольку речь идет о том, что берется Христова вера и дается людям.

В греческом выражении, переведенном как «верою в Сына Божия», генитив можно толковать как субъектный генитив, вследствие чего получается, будто бы вера принадлежит Христу (то есть верой Самого Сына Божия). Но можно также считать, что здесь употреблен объектный генитив и выражение означает: «верой в Сына Божия». Хотя с точки зрения греческой грамма­тики обе интерпретации равно возможны, в свете Писания подходит лишь вторая. Библия обращается к нам с призывом уверовать, но в ней нет ни одного упоминания о том, что верить за нас должен Иисус. Ясно, что «вера в Сына Божия» — это не вера Иисуса, а наша вера в Иисуса.

Вера не является некой субстанцией, которая существует вне человека и должна быть ему дана. Вера — это жизненный опыт, который мы переживаем в своей душе. Только так мы и можем иметь веру. Вера есть дар в том смысле, что Бог дает нам необходимую помощь, без которой мы не можем веровать. Но вера не является даром, или подарком, поскольку она есть жизненный опыт личности человека.

Г. Вера условие спасения, а не его основание

Различие между условием и основанием можно увидеть на таком примере. Стул может поддерживать человека при том условии, что человек на нем сидит. Только когда человек садится на стул, стул становится основанием, опорой.

Основание нашего спасения — Иисус Христос и Его иску­пительное служение. Условие нашего спасения — это реакция с нашей стороны.

Иногда ошибка заключается в том, что человек акцентирует условие в большей степени, чем основание. Люди ищут гаран­тий спасения, но обращаются не к Иисусу Христу, а к своей вере. Но ведь если мне нужно доказательство, что стул меня выдержит, я буду исследовать прочность стула, а не своей убежденности. И когда я проверю стул и он окажется прочным, то и уверенность моя укрепится.

Если человек хочет обрести твердую уверенность в спасе­нии, то ему следует убедиться в надежности Христа, так как в Нем — основание спасения. Сделав это, он получает твердую веру и уверенность. Но если сделать объектом проверки нашу веру, то мы усомнимся. Условием спасения является не вера в веру. Это условие — вера в Христа.

Д. Вера и сомнение

Иногда мы становимся пленниками той логики, согласно которой христианин не может сомневаться в своем спасении (если это спасение верой), поскольку вера исключает сомнения. На первый взгляд, из определения спасающей веры можно заключить, что она не оставляет места для сомнений. Спаси­тельная вера — это полное и искреннее доверие Христу в вопросе спасения. В контексте полного и искреннего доверия сомнение кажется не совсем уместным.

Как же согласовать возможность сомнения с искупительной истиной? Дело в том, что определение характеризует предмет в его идеальном, здоровом виде. Например, в определении собаки фигурирует тот факт, что собака — это четвероногое. И все же бывают собаки с тремя лапами. Если у собаки не четыре, а три лапы, она, тем не менее, остается собакой, но она уже не является нормальной, здоровой собакой. Так и спаси­тельная вера: в своем здоровом состоянии ей не присущи сомнения. И все же спасительная вера может существовать и существует там, где есть также и сомнения. Как правило, эти сомнения рассеиваются по мере того, как человек глубже осмысливает учение о спасении.

Реклама
Запись опубликована в рубрике Статьи с метками , , , , , , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s