Может ли верующий обещать Богу добрую совесть?

Павел ГАРАДЖА,
МХГ, февраль-2007,
http://www.titel.ru/publications-archive.html

Обещание или просьба?

«Недавно в горах я нашел замечательный ключ». Это выдуманное мною для дальнейшего раскрытия темы предложение таит в себе некую недосказанность. Попробуйте ответить, что я нашел: ключ, которым отпирают дверь, или ключ родниковой воды? Только на основании представленного текста понять это невозможно. Мы находимся примерно в таком же положении, когда в некоторых случаях пытаемся понять, что имел в виду Великий Автор Священного Писания.

В Первом послании апостола Петра сказано: «Господа Бога святите в сердцах ваших: будьте всегда готовы всякому, требующему у вас отчета в вашем уповании, дать ответ с кротостью и благоговением. Имейте добрую совесть, дабы тем, за что злословят вас, как злодеев, были постыжены порицающие ваше доброе житие во Христе. Ибо, если угодно воле Божией, лучше пострадать за добрые дела, нежели за злые; потому что и Христос, чтобы привести нас к Богу, однажды пострадал за грехи наши, праведник за неправедных, быв умерщвлен по плоти, но ожив духом, Которым Он и находящимся в темнице духам, сойдя, проповедал, некогда непокорным ожидавшему их Божию долготерпению, во дни Ноя, во время строения ковчега, в котором немногие, то есть восемь душ, спаслись от воды. Так и нас ныне подобное сему образу крещение, не плотской нечистоты омытие, но обещание Богу доброй совести, спасает воскресением Иисуса Христа» (3:15-21).

Вопрос, вынесенный в заголовок статьи – может ли верующий обещать Богу добрую совесть? – не имел бы никакого смысла, если бы не ветры времени. Ведь написано: «…крещение, не плотской нечистоты омытие, но обещание Богу доброй совести, спасает воскресением Иисуса Христа». Просто и ясно. Но написано в Синодальном переводе Библии, а он, как все чаще сегодня провозглашается, устарел. Потому предлагаются новые переводы, где отмеченный выше текст нередко дается в ином виде.

Что ни говори, некоторые места Синодального перевода действительно сложны для восприятия, к тому же он содержит немало архаизмов, т.е. устаревшей лексики – слов и выражений. И новые переводы можно было бы только приветствовать, если бы под флагом улучшения старого иногда не преподносилось новое, которое искажает основополагающие понятия Библии. В результате сеются сомнения, подрывается доверие не только к основам нашего вероисповедания, но самому Священному Писанию, понимание которого ставится в зависимость от того или иного перевода, толкования. Размываются границы Абсолютной Истины, которая может показаться не такой уж и абсолютной. Это опасный путь!

Нечто подобное наблюдается и в нашем случае. Не так уж редко приходится слышать, что мы не можем обещать Богу добрую совесть, потому что находимся в бренном теле, а значит – заведомо обречены на провал, ибо иметь добрую совесть не способны. По плоти мы делаем то, чего не хотим (Римл. 7:19-21); как можно в таком состоянии обещать добрую совесть?! «Сеть для человека – поспешно давать обет и после обета обдумывать» (Прит. 20:25). Эти идеи вполне согласуются с некоторыми переводами, или, напротив, – вытекают из них, в которых слово «обещание» заменено другими.

Справедливости ради, следует сказать, что не все переводы изменяют привычный для нас смысл Писания. «Радостная весть, современный перевод Нового Завета на русский язык», к примеру, так освещает это место: «Обещание, данное чистой совестью Богу». Обещание. Епископ Кассиан: «Обязательство доброй совести». Обязательство. Выдержавший испытание временем украинский перевод Ивана Огиенко почти дословно повторяет текст Синодального перевода: „Обiтниця Боговi доброго сумлiння”.
А вот другие переводы. „Современный перевод Нового Завета (IBS): «Крещение – это не смывание грязи с тела, но призыв к Богу о доброй совести через воскресение Иисуса Христа”. Трудно согласиться с тем, что это улучшение: «Призыв… через воскресение Иисуса Христа». Каково? „Современный перевод Библии”: „…Просьба к Богу о чистой совести”. Просьба. Под редакцией Виктора Журомского: „…Совести доброй настоятельное прошение у Бога”. Настоятельное прошение. Перевод на украинский язык О.Р. Турконяна: „Прохання доброго сумлiння до Бога”. Прохання, т.е. просьба.

В основном, различия в переводах несущественны, кроме одного, которое объединяет их в две группы. Обобщая, можно сказать, что одна объясняет ключевое слово как обещание, а вторая – как просьбу. Не станем подозревать переводчиков в примитивной подгонке Священного Писания под свои богословские построения, как это сделали „свидетели Иеговы”, оправдывая свои еретические измышления против божественности Иисуса Христа и подобные. Примем, что указанные выше переводчики искренни в стремлении как можно лучше передать смысл первоисточника и не зависимы от привходящих обстоятельств.

Ключевое слово

«Стоит ли копья ломать из-за одного слова? Разве это столь уж важно – обещание или просьба? – скажет иной читатель. – Главное, что верующий обращается к Богу от всего сердца, понимая важность крещения как сознательной отдачи себя Богу».

Согласиться с таким подходом означает – сдавать евангельские позиции. Мы не можем позволить себе произвольно толковать ключевые слова, которые определяют важнейшие понятия Библии. А ведь именно так случается в некоторых новых и не очень новых, переводах. Уверен, большинство наших читателей хорошо понимают, к чему ведет замена слова «обещание» на «просьбу». Если не обещание, а просьба, то исчезает или во многом стирается смысл крещения как завета между Богом и человеком. Потому это принципиально важно – утвердиться в правильном понимании этого отрывка Библии.
Обратимся к греческому оригиналу. Слово «еперотема» многозначно. Его можно перевести как «вопрос, запрос, требование, обращение, обещание, обет». Какое же значение выбрать? Чем руководствоваться? Ведь апостол Петр не гадал, но абсолютно точно знал, о чем говорил, для него не было тайной, что такое крещение – обещание или просьба. К сожалению, за две тысячи лет мы не просто «забыли» это, но и потеряли духовный ключ к смыслу сказанного.

А найти его очень просто: надо отложить в сторону разного рода выдумки и обратиться к единственному источнику Истины – Слову. Точно так же, как в случае с той загадкой, которая была предложена читателям в начале статьи: «Недавно в горах я нашел замечательный ключ». Чтобы понять, что это – родник или отмычка – нужно узнать, о чем шла речь раньше или о чем говорилось позже. Это единственно верный путь. Тогда все сразу станет на свои места: «Недавно в горах я нашел замечательный ключ, и после изнурительной жары его кристально чистая, ледяная вода освежила и влила в меня новые силы. Там, у целебного родника, читая Первое послание апостола Петра, я понял, о чем шла речь в 21-м стихе третьей главы, когда рассмотрел все места Нового Завета, говорящие о доброй совести».

Аргументы против

Но прежде, чем мы обратимся к ним, выслушаем объяснение, почему все же в некоторых переводах обещание заменено на просьбу. Аргументов приводится два. Об одном мы уже говорили: это невозможность сохранить добрую совесть, а значит, неправомерно и давать такое обещание.

Второй. Греческое «еперотема» действительно имеет несколько значений, в том числе и такое – обещание при торговой сделке. Но употреблялось оно крайне редко, потому правильнее выбрать широко употребительное – просьба.

Аргументы за

Мы не можем принять ни один из аргументов «против» в силу их несостоятельности. Возьмем все тот же пример – слово «ключ». Как бы редко ни употреблялось оно в значении родника, но мы безошибочно выберем его, если речь идет об источнике воды. Выбирая значение слова, мы исходим не из того, редко или часто оно употребляется, а – соответствует ли оно смыслу сказанного. То есть значение слова определяется содержанием текста, и ничем иным.

О чем же говорится в отрывке из Первого послания апостола Петра, приведенном в начале статьи? Прочтем его еще раз. Во времена апостолов о христианах ходили невероятные, злые слухи. Да что там во времена апостолов, если и ныне периодически оживают дикие предрассудки о жертвоприношениях детей и тому подобное! Потому апостол Петр требует: имейте добрую совесть, чтобы ваше доброе житие во Христе Иисусе разрушало эти бредни, чтобы вы могли каждому требующему у вас отчета дать достойный ответ. Апостол повелевает верующим иметь добрую совесть. Разве повеление не делает уместным обещание?

Кораблекрушение в вере

Если расширить контекст на весь Новый Завет, то мы увидим, что в нем достаточно определенно и твердо говорится о доброй совести верующего. В Первом послании Тимофею апостол Павел пишет: «Преподаю тебе, сын мой Тимофей, сообразно с бывшими о тебе пророчествами, такое завещание, чтобы ты воинствовал согласно с ними, как добрый воин, имея веру и добрую совесть, которую некоторые, отвергнув, потерпели кораблекрушение в вере» (1:18:19).

Позволю себе сослаться на личный опыт. Июньской ночью 1989 г. турбоход «Максим Горький», флагман пассажирского флота СССР, потерпел аварию в 150 милях от Шпицбергена, едва не повторив судьбу «Титаника». Почти на предельной скорости в 18 узлов (около 33 км/ч), имея на борту 600 пассажиров из Германии и 400 членов экипажа, лайнер, врезался в ледовое поле и, получив шестиметровую пробоину по правому борту, чудом Божьим не утонул.

Прекрасно помню пятиминутку в каюте капитана, которая состоялась незадолго до этого. Мастер, как именуют капитана на флоте, зачитал радиограмму пароходства. Начальствующее предписание гласило: вы пересекли границу Северного Полярного Круга; в этих широтах вам надлежит двигаться со скоростью не более 5 узлов…
Как видим, капитан проявил непослушание, или недобросовестность, что в данном случае почти одно и то же, и это едва не привело к большой трагедии. Знаете, мне только теперь по-особому открылось значение слова «добросовестность». Ведь добросовестный человек – как раз тот, кто имеет добрую совесть. Это слово вошло в обиход, скорее всего, под влиянием Евангелия. И теперь мы нередко называем хороших, исполнительных работников добросовестными, т.е. наделяем их доброй совестью. А верующим в этом отказываем, говорим, что они не способны быть таковыми. Не странно ли?

Апостол Павел предупреждает, что отвержение доброй совести чревато духовным крахом. Если верующий начинает духовную жизнь с того, что культивирует свою несостоятельность, считает, что его духовная немощь не позволяет ему давать обещание Богу, потому что он никогда не сможет выполнить евангельских установлений, он уже побежден. Он на полном ходу мчится к айсбергу, и холодные воды вечной погибели готовы поглотить его пробитый льдиной лайнер «Недобросовестность»…

Уверенность в видимом

Ничего подобного Писание нам не предлагает. Напротив, апостол Павел завещает Тимофею вести духовную брань и быть хорошим воином, принадлежностью которого должны быть вера и добрая совесть. Добрая совесть, добросовестность – это, прежде всего, послушание. И, обещая Богу добрую совесть, мы даем своеобразный обет послушания.

Заметьте, называя человека добросовестным, мы вовсе не имеем в виду, что он безгрешен или никогда не ошибается. Нет, мы понимаем, что так прожить невозможно. Но мы знаем, что добросовестный человек сделает все от него зависящее, чтобы выполнить порученное ему дело самым тщательным и лучшим образом. Что он приложит к этому все свое старание.

Обещание доброй совести (обет послушания) не означает, что мы превратимся в безупречных христиан сразу после крещения, но то, что мы будем стараться стать таковыми, прилагать к этому все свои силы, любить Господа, Церковь, ближних своих, пребывать в Слове, посте и молитве, идти путем правды.

Именно об этом говорится в Послании к евреям: «Молитесь о нас; ибо мы уверены, что имеем добрую совесть, потому что во всем желаем вести себя честно» (13:18). Вот не надуманный, а библейский критерий доброй совести – желание во всем вести себя честно. И автор Послания к евреям уверен, что добрая совесть у искренних верующих в Иисуса Христа есть. Тем более, что это уверенность не в невидимом. Добрую совесть не спрячешь, она обнаружит себя в словах и поступках. Окружающие обязательно увидят, что человек, наделенный ею, стремится жить по правде.

Здесь кардинальное отличие между верующим и неверующим. В одной и той же ситуации они нередко поступают по-разному. И даже если верующий поступит неправильно, добрая совесть не даст ему покоя, судит его, и он слушает ее голос и старается исправить оплошность, кается, плачет перед Богом.

Мне вспомнился рассказ проповедника о том, как двое братьев во Христе покупали поросят. Один попал к месту торговли раньше и выбрал лучшего, а брату оставил того, что поменьше и послабее. Ночь не спал, а наутро приехал к брату и сказал: возьми моего поросенка, потому что нет мне жизни, совесть замучила… У него была добрая совесть, и он во всем желал вести себя честно, даже в таких, казалось бы, незначительных вещах – ведь не украл, не обманул, просто опередил брата и, по праву первого, выбрал лучшее. Но подложить брату свинью ему не удалось…

Дух Святой говорит нам, чтобы мы были уверены, что имеем добрую совесть. Так нужно ли просить у Бога то, что мы уже получили, когда Господь даровал нам рождение свыше и очистил нашу совесть от мертвых дел при покаянии?

То кольми паче

«Ибо если кровь тельцов и козлов и пепел телицы, через окропление, освящает оскверненных, дабы чисто было тело, то кольми паче Кровь Христа, Который Духом Святым принес Себя, непорочного, Богу, очистит совесть нашу от мертвых дел для служения Богу живому и истинному» (Евр. 9:13-14).

Кровь Иисуса Христа – великая сила! Она совершает невероятное – очищает от всякого греха (1 Иоан. 1:7), не оставляя на нашей совести ни одного пятнышка, чтобы мы были в состоянии служить Богу живому и истинному. Она делает нашу совесть кристально чистой, чуткой к тихому голосу Святого Духа, призывающего нас к святости и освящающего каждое мгновение жизни. Это добрая совесть, которая не даст покоя, если мы отступим от правды Божьей, приведет нас к раскаянию, будет настойчиво говорить нам, что надо, обязательно надо просить прощения и прощать, как бы это ни было трудно. Добрая совесть смиряет нас и помогает возлюбить ближнего, несмотря на все его особенности, которые кажутся нам невыносимыми.

И такую добрую совесть Бог дает нам, утверждая нас и предупреждая, чтобы мы не подвергали себя опасности, отрекаясь от нее. Такую совесть как несравненный дар Божий мы обещаем Богу при крещении, желая во всем вести себя честно, жить по Евангелию. Это прекрасно! И этот завет Бога и человека нерасторжим.

Небольшое послесловие

Ох, уж это «кольми паче»! Не думаю, что подобные устаревшие выражения составляют непреодолимую трудность для тех, кто серьезно исследует Писание. Анатолий Власов, который выступил в защиту Синодального перевода Библии в присущей ему ироничной манере (ХГ, 2006, № 11) и получивший такой серьезный отпор от научного редактора Российского Библейского общества Игоря Козырева, прав в главном. Списывать Синодальный перевод, который по праву считается одним из лучших в мире, рано. Ибо если замена только одного ключевого слова на другое может повлечь за собой большие недоразумения, то кольми паче непредсказуемы последствия нашего полного доверия новым переводам.

Реклама
Запись опубликована в рубрике Экзегеза с метками . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s