Есть ли различие между гипер- и умеренными кальвинистами?

МакАртур и Пайпер

Кальвинизм настаивает, что все люди, будучи полностью греховными по натуре, не способны покаяться и уверовать в Евангелие, и тем не менее кальвинизм возлагает на нас ответственность за эту неспособность. Разве можно назвать логичным утверждение, что человек не желает делать то, что он не способен сделать? Это утверждение невозможно ни доказать, ни опровергнуть.

Можем ли мы сказать, что человек не желает летать, как птица? Если бы он был способен на это, он, наверное, очень бы даже этого желал. Конечно же, предполагаемое нежелание летать, как птица, нельзя считать причиной того, что человек не летает! С него также нельзя требовать ответственности за то, что у него не получается летать, поскольку летать для него невозможно. Разве кальвинизму не присущи абсурдность и несправедливость в том, что он объявляет человека неспособным к покаянию и вере, а затем осуждает его за отсутствие покаяние и веры?

Подобные вопиющие противоречия, свойственные кальвинизму, вызывают разделения даже среди кальвинистов, которые не могут прийти к согласию. Один из примеров – противоречие, имевшее место в 1945 году по поводу пригодности Гордона К. Кларка к рукоположению. «Корнелий Ван Тиль возглавил профессорский состав семинарии по поводу Жалобы против понимания Кларком исповедания веры» (Garret P. Johnson, «The Myth of Common Grace», The Trinity Review, March/April 1987, 1). Кларка обвинили в «рационализме» за нежелание признать (как поступают так называемые умеренные кальвинисты), что Бог искренне предлагает спасение тем, за кого Христос, согласно кальвинизму, не умирал, и кого Бог от вечности определил на вечные муки. Кларк считал прямым противоречием то, что Бог желал спасти тех, кого «Он от вечности определил не спасать».

Так называемые «умеренные» кальвинисты обвинили Кларка в «гиперкальвинизме» — оба эти понятия обманчивы. И Кларк и его оппоненты верили в одно и то же: что Бог предопределил одних к небесам, а других — к аду. Кларк просто искренне признал бессмысленность утверждения о том, что Бог «любит» тех, кого мог бы спасти, но не спасает. Таким образом, «умеренный» кальвинизм виновен в неопровержимом противоречии; тем не менее, Джон МакАртур написал целую книгу, пытаясь подтвердить это противоречие (John MacArthur, Jr., The Love of God (Dallas, TX: Word Publishing, 1996). Как мы увидим, «умеренные» прячут свою абсурдность за тем доводом, что Бог «волен» любить разных людей разными видами любви – при этом они забывают, что в любов виде истинной любви проявляется любовь, а обрекать на гибель тех, кого можно было бы спасти – это не любовь.

Подобное противоречие, образовавшееся в кругах профессорского состава в Кальвинской семинарии, «стало чумой для христианской реформатской церкви в 1920-е… [и в 1924 году] завершилось выходом кальвинистов из христианской реформатской церкви под лидерством Германа Гексемы и формированием новой церкви – протестанстской реформатской церкви» (Johnson, «Myth»). Ван Тиль, не соглашаясь с Вестминстерским исповеданием, утверждал, что Кларк придавал «логике большеезначение, чем Писанию…». Ван Тиль настаивал, что Писание содержит несовместимые парадоксы, которые «неизбежно кажутся противоречивыми» (Cornelius Van Til, Common Grace and The Gospel (Phillipsburg, NJ: Presbyterian and Reformed Publishing Company, 1973), 165-66; cited in Johnson, «Myth»)…

Пытаясь избежать абсурдности обвинения неизбранных в том, что они не делают того, на что не способны, некоторые кальвинисты утверждают, что человек способен обратиться к Христу, но просто не желает этого делать. Это мнение меньшинства, оно противоречит принципу полной греховности и частично является правильным. Проблема с грешниками на самом деле состоит в нежелании. Однако нежелание человека подразумевает наличие воли, и значит, по своему волеизъявлению, он может выразить желание – факт, который кальвинизм отвергает. Более того, Кальвин и его последователи прямым текстом заявляли, и заявляют, что человек не способен уверовать в Евангелие, обратиться к Христу, искать Бога или чего-либо благого: «Он волен обратиться к Христу, но не способен на это» (Frank B. Beck, The Five Points of Calvinism (Lithgow, Australia: Covenanter Press, 2nd Australien ed., 1986), 9). Неспособность, конечно, является основной точкой зрения…

Если бы кальвинистский принцип полной греховности был истинным, то с Бытия до Откровения пред нами представало бы противоречие: Бог год за годом, век за веком просил бы о покаянии, по-видимому, бесконечный поток миллиардов людей, которые (будучи полностью греховными) были бы неспособны покаяться, и которых Он уже от вечности предопределил на вечное страдание. Бог представал бы в Писании, призывая покаяться и обратиться к нему тех, кого Он сотворил настолько безнадежно греховными, что они никак не смогли бы покаяться, если бы Он прежде не возродил их; тех, от кого Он удерживал возрождение и благодать, необходимые для их обращения к Нему; тех, кого Он не намеревался спасать. Такой сценарий превращает большую часть Библии в шараду и насмехается над разумным интеллектом и сознанием, которыми Бог наделил человека.

Все же «умеренные» кальвинисты (в отличие от «гиперкальвинистов»)подтверждают, что Бог искренне предлагает спасение всем. Искренне предлагает спасение тем, за кого Христос не умирал и кого Он предопределил на вечные муки? Это безумие. И все же тех кальвинистов, которые честно признают, что Бог кальвинизма любит не всех людей и искренне предлагает спасение через Евангелие не всем, называют «гиперкальвинистами». Это прозвище – всего лишь уловка, с помощью которой «умеренные» пытаются избежать ужасной истины!

Если из-за «полной греховности» человек лишен способности ответить Богу без Его верховного деяния возрождения, тогда все призывы Бога явно бесполезны и бессмысленны. Нет сомнений, что если бы кальвинизм был истиной, Богу незачем было бы призывать людей к покаянию – однако Он это делает. Верховное деяние возрождения, которое совершает Бог, якобы не требует веры или какого-либо участия человека. Таким образом, вся история отношений Бога с людьми, записанная в Библии, теряет достоверность.

Кальвинизм ставит нас в абсурдный тупик. У Бога не было бы необходимости взывать к избранным, которых Он уже предопределил к спасению – спасению, которое Он якобы совершает по Своей верховной воле прежде проявления веры с их стороны. Не больше смысла и в том, что Бог представляет Евангелие неизбранным и призывает их к покаянию, тех, кто не может уверовать в Него, пока Он не возродит их Своим верховным деянием, но которых Он не возродит, поскольку уже осудил их Своим извечным постановлением. И все же Бог продолжает взывать к ним и винить их в том, что они не раскаиваются, одновременно удерживая от них необходимую благодать, которую Он дает только избранным! И это только одна из грубейших ошибок кальвинизма, связанная с неверным представлением о Боге…

Пытаясь… отмежеваться от «гиперкальвинистов», Джон МакАртур младший говорит: «Божья любовь распространяется на мир в общем, на человеческую расу, на все человечество» (John Mac Arthur, Jr., The Love of God (Dallas, TX: Word Publishing, 1997), 86). В подтверждение этого он говорит: «… Тот факт, что Бог обещает простить… и даже взывает к грешникам, дабы они покаялись, доказывает Его любовь к ним» (Там же, 15). Неужели МакАртур серьезно так думает?! Доказывает ли Божью любовь то, что Он взывает к духовным трупам, которые не могут ни слышать, ни отвечать, к тем, кого Он верховной волей не избрал для веры в Него (John MacArthur, Jr., Saved Without a Doubt – MacArthur Study Series (Colorado Springs, CO: Chariot Victor Publishing, 1992), 58-59), от которых Он удерживает благодать, необходимую для того, чтобы уверовать, и за которых Христос не умирал?

«Умеренные» кальвинисты, такие как МакАртур, с той целью, чтобы показать, что они не «гиперкальвинисты», смеют говорить, что Бог любит тех, кого «по своей вечной и неизменной воле… Он благоволил осудить на погибель» (Calvin, Institutes, III: xxi, 7)! Пытаясь оправдать это явное противоречие, МакАртур предполагает различие между «Божьей волей, основанной на Его постановлении (Его вечный замысел) [и] Божьей волей, основанной на Его желании. Нужно отличать желание Бога от Его вечного спасительного замысла, который должен превосходить Его желания». Где в Библии говорится, что Божий замысел «должен превосходить Его желания»? Подобный внутренний конфликт замысла и желания невозможен для Бога! Как Бог может «желать» чего-то, не замыслив или не постановив того?

В комментарии к 1-му Тимофею 2:4 («хочет, чтобы все люди спаслись») МакАртур пишет: «В Своем вечном замысле Он избрал от мира только избранных (Иоанна 17:6), обделив вниманием остальных, оставляя их один на один с последствиями своего греха…» (John MacArthur, The MacArthur Study Bible (Nashville, TN: Word Publishing, 1997), 1862). Однако, пытаясь избежать клейма гиперкальвинизма, МакАртур попадает в сети теории о том, что Бог желает чего-то, что Он не приводит в исполнение, хотя и мог бы, — это явное противоречие, а также отрицание всемогущества Бога и отступление от главного кальвинистского отрывка – «Совершающего все по изволению воли Своей» (Ефесянам 1:11).

Есть ли различие между гипер- и умеренными кальвинистами? Если есть, то сам Кальвин, который постоянно утверждал, что «по Его вечному провидению они [неизбранные – прим. пер.] еще до своего рождения были обречены на вечные страдания» (Calvin, Institutes, III: xxi, 7), был «гиперкальвинистом». Но основатель кальвинизма может быть гиперкальвинистом не больше, чем основатель ислама может быть экстремистом-мусульманином. Как Мухаммед определяет ислам, так Кальвин определяет кальвинизм — иначе его не следует называть кальвинизмом.

В действительности, как мы увидим, предопределение неизбранных к вечному страданию (и это далеко не гиперкальвинизм) представляет собой основную доктрину кальвинизма, неизбежно вытекающую из его пяти принципов. Также неразумно утверждать, что Бог действительно любит тех, кого Он никогда не намеревался спасать, и за кого Христос не умирал.

Джон Пайпер пытается избавить умеренных от клейма «гиперкальвинистов», утверждая (как и МакАртур), что у Бога есть «две воли», и что Бог не страдает «божественной шизофренией», желая спасения всех людей (1-е Тимофею 2:4) и «… избирая [только] тех, кто действительно будет спасен…» (John Piper, “Are There Two Wills in God?” in Still Sovereign: Contemporary Perspectives on Election, Foreknowledge, and Grace, ed. Thomas R. Schreiner and Bruce A. Ware (Grand Rapids, MI: Baker Books, 2000), 107).

Это лицемерие! Он заходит до того далеко, что говорит: «Всякий раз, когда неспасенным проповедуется Евангелие, именно милость Божья предоставляет эту возможность спасения» (John Piper and Pastoral Staff, “TULIP: What We Believe About the Five Points of Calvinism: Position Paper of the Pastoral Staff” (Minneapolis, MN: Desiring God Ministries, 1997), 14).

То, что проповедь Евангелия дает возможность спасения тем, за кого Христос не умирал, кого Бог никогда не намеревался спасать, и кого Он, фактически, уже предопределил к вечности в озере огненном, является высшей степенью противоречия. Однако это лишь одна из немногих невозможных абсурдностей, которых пытаются придерживаться умеренные, чтобы отмежеваться от тех, кого они пренебрежительно называют гиперкальвинистами!

Источник: Хант Д., Какая же это любовь? Ошибочное представление кальвинизма о Боге./ стр. 126-128, 144-145, 157-159; Пер. С англ. – Ванкувер, 2012 г. – 608 с.

Реклама
Запись опубликована в рубрике Статьи. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Один комментарий на «Есть ли различие между гипер- и умеренными кальвинистами?»

  1. Данная тема весьма актуальна. Действительно, гиперкальвинизм (супралапсарианство) и умеренный кальвинизм (инфралапсарианство) – ягодки одного поля. И хотя последний пытается наложить некоторые условия на абсолютность предопределения, признание им неотразимости «тайного» промысла Бога об избрании ведет его к тем же результатам, что и первый. Действительно, во свете того факта, что обязательно исполняется не только Божье желание спасти кого-либо, но и Его нежелание сделать это по отношению к остальным людям, разница между желанием спасти и нежеланием сделать это стирается, так что нежелание спасти можно смело назвать желанием погубить. Все остальное превращается в простое жонглирование словами без смысла.

    Стало быть, в умеренном кальвинизме не меньше опасности, чем в строгом, поскольку он ведет к тем же выводам, только хитро сплетенным образом или окольным путем. Как бы ни хотели умеренные кальвинисты сгладить неудобные моменты в собственном учении, вместе с гиперкальвинистами они строят на одном и том же основании. Поэтому конечные выводы будут теми же. Неудивительно, что диспенсационалистское мнение о том, что от человека не зависит не только вопрос его оправдания, но и вопрос его освящения, полностью соответствует основополагающей кальвинистской идее о том, что любое стремление человека к добру есть пощечина в адрес Бога. Гиперкальвинисты правы и в том, что, если нам вменяется не только смерть Христа, но и Его праведность, тогда наша собственная святость не только не нужна, но и греховна, поскольку отнимает у Бога Его славу. Тогда прав Августин, что Бог будет в вечности награждать не нашу Ему верность, а Его Собственную по отношению к Нему Самому. Высший предел Эгоизма! И таким образом на Бога переносится образ дьявола. Хитрейшая уловка сатаны, разодетая в христианские термины! Вот что на самом деле означает кальвинизм. Мне искренно жаль кальвинистов по той причине, что они не знают того, что под личиной «прославления» Бога они на самом деле сознательно или бессознательно Его бесчестят. Сохрани всех нас от этого Бог!

    Желаю всем друзьям обильных Божьих благословений!

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s