Две несправедливости Бога

Две несправедливости Бога

Гололоб Г.А.

Всякому, кто приступает к изучению библейского морального учения, бросаются в глаза две странности в поведении Бога по отношению к Его людям. Первая из них очень известна и состоит в невозможности понять Божье повеление к Аврааму принести в жертву его собственного сына, Исаака. Действительно, здесь Бог не просто допускает зло, но его прямо-таки причиняет. Пусть оно завершается благополучно, однако можно ли нам представить себе Бога делающим зло лишь для того, чтобы потом его искоренить?

Такое представление делает Божье поведение непоследовательным и произвольным, лишая нас возможности понять, когда с конкретным злом мы должны бороться, а когда ему уступать, ведь оно может быть Богу угодно. Если Бог может делать зло в той же мере, как и добро, тогда Он есть уже не Библейский Бог, а какое-то языческое божество, если и не совсем равнодушное к моральным категориям (т.е. к добру и к злу), то делающее и то, и другое с одинаковой легкостью и произволом. Не может же Бог одной Своей рукой созидать то, что разрушать другой?

Означает ли эта странность в поведении Бога то, что мораль и вера совершенно несовместимы между собой, так что мы должны смириться со следующим мнением: то, что для нас является моральным, может быть совершенно неморальным для Бога. Обычно нам так и говорят: «А ты кто, человек, что споришь с Богом?» (Рим. 9:20), чтобы мы даже не задавались подобным вопросом. Если же нам последовать этому совету, тогда мы вообще не можем знать, чего же ожидать от Бога – добра или зла, когда они оказываются таковыми не в нашем легко ошибающемся, ограниченном или недальновидном представлении о них, но в Его собственном, изложенном перед нами в Его Слове — Библии?

Здесь нам следует остановиться и хорошо подумать над правильностью данного возражения. Действительно, если Богу принципиально нельзя задавать никаких вопросов относительно Его поведения, тогда Он что-то скрывает от человека и изначально является для него недружелюбным. Более последовательно можно было бы ожидать от Него следующее поведение: «Что Я делаю, теперь ты не знаешь, а уразумеешь после» (Ин. 13:7). И этот ответ вполне может и должен удовлетворить всякого верующего, умеющего доверять Своему Небесному Отцу, когда Он этого как раз и ожидает от него.

Однако, когда нам говорят о том, что Бог закрывает всем верующим в Него людям рот от произнесения подобных вопросов фактически всегда и по любому поводу, тогда следует признать одно: проблема находится не в нас, а в Нем Самом, поскольку такой Бог относится к людям не как к Своим детям, а как к Своим рабам. Такое отношение Бога к Своему творению совершенно невозможно обосновать библейски. В любом случае, невозможно конкретное Божье требование: «А ты кто, человек?» распространять абсолютно на все случаи отношений между Творцом и Его творением. Поступая так, мы оказываем Богу весьма плохую услугу, превращая Его из Любящего Отца в Верховного Деспота. Данное обвинение усиливается еще и тем, что, согласно данному мнению, Бог предает вечному мучению именно тех людей, которых Сам же принудил к совершению зла. Такое даже представить верующему человеку невообразимо.

Очевидно, что данное объяснение не соответствует общебиблейскому представлению о Боге. Весьма рискованно обосновывать его только на одном этом тексте Писания, даже если к нему добавить и некоторые другие, на него похожие (например, пребывание «злого духа от Господа» на царе Сауле или «ожесточение сердца» фараона, поскольку эти действия Бога могут быть реакцией на предыдущие (греховные) действия данных лиц). В любом случае, доказать безусловность такого поведения Бога невозможно.

Это верно, что говорит Елиуй: «Кто укажет Ему путь Его; кто может сказать: Ты поступаешь несправедливо?» (Иов. 36:23). Однако верным является также и то, что утверждение «Ты поступаешь несправедливо» можно вывести из собственных слов Бога, представленных в Его Откровении, без какой-либо связи с противоположными им по смыслу. Поэтому совершенно неоправданно и даже преступно сталкивать между собой лбами два вида библейских утверждений: о том, что Бог есть абсолютный источник добра, и о том, что Он может причинять зло в каких-то Своих «тайных» целях.

Скорее всего, нам нужно искать какое-то другое объяснение данному явлению, но какое? Попробуем выдвинуть некоторые на этот счет соображения, не выходя за рамки Библейского Откровения. И сделать это мы попытаемся при помощи постановки второго заявленного нами вначале утверждения – о существовании у Бога еще одной странности, граничащей с несправедливостью. Примером проявления этого столь странного поведения Бога является Его милость по отношению к грешникам, например, к женщине, взятой в прелюбодеянии, которую Иисус вместо наказания отпустил на свободу, хотя и сказал: «Иди, и впредь не греши». Действительно, в этом случае Христом был нарушен Божий закон о возмездии, по крайней мере, понимаемом в правовом (юридическом) смысле.

Если в случае с жертвой Авраама, Бог нарушал собственный закон делать только доброе и бороться со злом, то теперь перед нами открывается еще одно нарушение Им этого же самого закона, но выраженного наизнанку: Бог отказался наказывать грешника, тогда как Он был просто обязан делать это по Собственной Своей справедливости. Как же нам разобраться и в этом случае? Подтверждает ли он ту же версию поведения Бога, от которой мы только что отказались: Бог совершенно безразличен к вопросам морали – причем не нашей, человеческой и почерпнутой из собственной совести, а Своей Собственной, почерпнутой из содержания Священного Писания?

Нечто подобное имело место и с человеком, пролежавшем у купальни Вифезда тридцать восемь лет (Ин. 5). Он получил исцеление без каких-либо правовых условий. Это означает, что инициатива в его исцелении принадлежала Одному Богу, однако идея безусловного дара Божьего отрицается огромным числом мест Писания, свидетельствующим об условном характере посылания Богом людям Его исцеляющей, спасительной или освящающей видов благодати. И снова-таки мы не можем позволить себе мириться с тем мнением, согласно которому Божья справедливость нарушается идеей Его всевластия по принципу «что хочу, то и делаю». Признать это значит сделать из Библейского Бога аморальное, безрассудное и управляемое абсолютным произволом божество.

Как же быть? Перед нами два вида Божественной несправедливости, почерпнутой не из наших представлений о Писании, а из свидетельств его самого. Все можно было бы легко уладить, если бы этим двум видам несправедливости Божьей не противостояла огромная масса библейских текстов, утверждающих обратное, например: «Не может быть, чтобы Ты поступил так, чтобы Ты погубил праведного с нечестивым, чтобы то же было с праведником, что с нечестивым; не может быть от Тебя! Судия всей земли поступит ли неправосудно?» (Быт. 18:25).

Итак, перед нами стоит задача, как объяснить эти два исключения из существующего (и существующего безусловным образом) правила: Божья святость не может быть нарушена каким-либо злом. «В искушении никто не говори: Бог меня искушает; потому что Бог не искушается злом и Сам не искушает никого» (Иак. 1:13). В этом тексте идет речь о том, что Бог не искушает никого (злом) в смысле «к злу». Значит, Он искушает человека только к добру. Вот на эту сторону вопроса мы и желаем обратить всеобщее внимание, пытаясь разрешить два данных противоречия в Писании.

Преследовал ли Бог Своим данным повелением, адресованным Аврааму, цель наказания этого Божьего мужа за какую-либо предыдущую его неверность? Нет, этого сказать мы не можем. Если целью этого требования Бога  не было наказание Авраама, тогда остается лишь одно объяснение: Бог испытывал его верность. Впрочем, это же недвусмысленно заявляет и само Писание: «Ибо теперь Я знаю, что боишься ты Бога и не пожалел сына твоего, единственного твоего, для Меня» (Быт. 22:12). Оказывается, Божье искушение (см. Быт. 22:1) в корне отличается от сатанинского тем, что Бог искушает не на зло или падение человека, а на его благо и укрепление его веры.

Иными словами, целью причинения Богом некоторого (а не всевозможного) зла верующему человеку является испытание его верности по отношению к Себе. Испытывая человека в самых тяжелейших скорбях, Бог тем самым делает его веру еще сильнее и крепче (Иак. 1:3, 12; 1 Пет. 1:7; 4:12; ср. Рим. 5:3; 2 Кор. 1:6). Это означает, что Бог никогда не желал смерти невинному Исааку или скорби Аврааму, но принял на Себя вид требующего несправедливое, чтобы узнать, что же будет делать человек, если Господь примет вид нарушающего Свое слово. Мы видим, что сам Авраам был настолько уверен в том, что Бог не изменит Своего обещания дать ему наследника, что был убежден в последующем воскрешении своего сына (Евр. 11:17-19).

Стало быть, ни испытание веры Авраама, ни последующее избавление от этого испытания не были безусловными действиями Божьей воли. Все это зависело от поведения самого Авраама (впрочем, и его сына также). Стало быть, делая некоторое зло, Бог вовсе не отрекался от добра как такового, но стремился превратить это зло во благо. Стало быть, это зло было сделано Им лишь в относительном смысле, но не в абсолютном: Библейский Бог не перестал быть добрым Богом. Стало быть, если в нашей жизни мы окажемся в подобных искушениях, мы должны знать, исход их зависит от нашей верности или неверности Богу. И хотя обе эти возможности предузнаны Им, Он не принуждает к какому-либо выбору. Он просто экзаменует нас, проверяя на готовность быть Ему верными в любых обстоятельствах.

Подобное можно сказать и об Иове. Бог скрыл от него смысл происходящего над ним испытания, поскольку только в тяжелых обстоятельствах жизни обнаруживается сущность человека и самые потаенные мотивы его поведения. Иов вовсе не заслуживал такого отношения к Себе, как почему-то считают некоторые толкователи. Он просто не понимал Бога. Когда сын погибшего при строительстве молитвенного дома брата молился к Богу, то говорил: «Господь! Я благодарю Тебя за то, что Ты сделал, но я Тебя не понимаю». Это – честный вопрос к Богу, на который Он никогда не скажет в ответ: «А ты кто, человек?» Допустить подобное значит приписать Богу совершенную безучастность к скорбям любящих Его людей.

В отличие от Авраама, Иов все-таки получил незаслуженное, хотя потом Бог возместил ему причиненные убытки. В Ветхом Завете мы еще не видим вершины послушания Ему, на что был способен, например, нищий Лазарь, в отличие от Иова умерший в нищете и болезни (ср. 1 Пет. 2:19; Евр. 11:35б-39). Если посмотреть на верность Лазаря под этим углом зрения, то перед нею блекнет даже верность Авраама. Одним словом, если бы, следуя за Господом, мы в этой жизни потеряли абсолютно все, даже в этом случае наша верность Ему не должна отступить назад.

Иными словами, вершина испытания человека – это добровольный отказ от всех земных благ. Однако совершенно противоположное происходит, когда мы говорим о Божьем прощении грешника: никакого возмещения убытков Бог от него не требует. В данном случае, имеет место подарок необычайной величины: Бог берет на Себя все издержки нашего непослушания Ему, ставя нас в ситуацию полной безнаказанности и предоставляя нам возможность либо злоупотребить этим положением, либо оценить его по достоинству путем выражения искренней благодарности. Стало быть, и Своим прощением грехов Бог испытывает человека: поступит ли он благодарно или нет.

В обоих случаях происходит нарушение справедливости, но целью этого является испытание человека: будет ли он любить Бога без Его земных благ, которые ему следовало бы получить от Него по справедливости, т.е. будет ли он любить Бога только за Его духовные дары; а также будет ли он благодарен Господу за то, что получил без каких-либо заслуг со своей стороны, которые требовались от него по справедливости. «Кто дал Ему наперед, чтобы Он должен был воздать?» (Рим. 11:35). И здесь нам действительно следует воскликнуть: «О, бездна богатства и премудрости и ведения Божия! Как непостижимы судьбы Его и неисследимы пути Его!» (Рим. 11:33).

Оказывается, Бог состоит не из одной лишь справедливости, но и из любви, причем последняя обусловливает собой Его справедливость. Это означает, что Бог может возвышаться над справедливостью во имя любви (см. Иак. 2:13), хотя не существует того, во имя чего Бог готов пожертвовать Своей любовью. Выше Его любви нет ничего в Его природе – даже справедливости (см. 1 Ин. 4:8, 16). Теперь нам не приходится задаваться вопросом – зол ли Бог? Он благ, но это Его качество невозможно измерить только справедливостью. Иными словами, Бог сохраняет за собой право отступить от требований справедливости, но лишь во имя любви. Делать это по какой-либо иной причине было бы недостойно Его моральной природы.

Повторим суть проблематики и предлагаемый нами способ ее разрешения. Почему Бог отступает от Собственного правила в двух его разновидностях: не только не причинять зла, но и наказывать за него? В первом случае Бог отказывается быть причиной исключительно добра, а во втором – воздавать за совершенное зло. Какое из этих «нарушений» является наибольшим? Простить виновного без каких-либо условий – равнозначно быть соучастником в его грехе (поэтому мы считаем прощение не безусловным действием Бога, а зависящим от человеческих заслуг), но делать зло вместе с ним есть вина, не меньшей величины. В любом из этих случаев поведение Бога приходится признать недостойным и противоречащим библейскому, как оно представлено в подавляющем большинстве текстов Писания.

Однако если признать, что Бог причиняет зло (например, в виде страдания) для нашего же блага, испытывая и укрепляя нашу веру, тогда мы не можем сомневаться в Его порядочности и честности. Тем самым Он не демонстрирует Свою причастность к злу как таковому, а лишь с его помощью проверяет нашу способность на послушание Ему. Подобным же образом мы отвечаем на второе возражение о несправедливости Бога: Он дарует нам милость прощения без какого-либо удовлетворения нами Его справедливости, испытывая нас на способность к проявлению благодарности и поощряя на взаимную любовь.

Что же это все значит для нашей практической жизни? Очень многое. Обычно люди обвиняют Бога в том, что Он не всегда защищает их от зла, которого они не заслужили. Однако мы должным помнить о том, что если нам когда-либо и придется пострадать незаслуженным образом, нам следует возблагодарить Господа за то, что мы точно таким же образом оказались Им спасенными! В обоих случаях Он ожидает от нас верности и послушания, проявленных вопреки одной лишь справедливости.

И если даже мы будем настаивать на своем «праве» проявлять сомнение в Его справедливости, мы не можем сомневаться в Его любви, которая предоставляется всем и каждому без каких-либо правомерных заслуг с нашей стороны. Иными словами, Бог никогда не злоупотребит злом, если мы не злоупотребим Его благодатью. Если Он и «провинился» перед нами в этой жизни, то непременно скомпенсирует это исчерпывающим образом «в жизни будущей». А это стоит того! Поэтому и сказано, что «если мы в этой только жизни надеемся на Христа, то мы несчастнее всех человеков» (1 Кор. 15:19).

Реклама
Запись опубликована в рубрике Без рубрики. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s