Конспект лекций по предмету «Христианская психология»

Гололоб Г.А.

План курса.
Введение.
1. Необходимость Христианской психологии.
2. Природа человека. Библейские требования к разуму (стремление к истине), чувствам (выражение любви и сострадания) и воле (стремление к духовному дисциплинированию и творчеству) человека.
3. Основные направления секулярной психологии (психоанализ, бихевиоризм, гештальт-терапия, гуманистическая психология).
4. Место христианской психологии среди других психологических школ.
5. Специфика христианской психологии.
6. Агенты психической деятельности («Эго», подсознание и «СуперЭго»).
7. Основные потребности человека (физические, психологические и духовные).
8. Методика христианского психоконсультирования.
Заключение.

Введение
Какими должны быть взаимоотношения между христианской и секулярной видами психологии? Каковы их отличия и сходства? Каким может и должно быть их сотрудничество? Как распределены между ними сферы влияния? Каковы опасности смешения христианской и секулярной психологии?

Конечно, христианский душетерапевт не может исповедовать принципы консультирования, основанные исключительно на методиках Фрейда, Роджерса, Эриксона или кого-либо другого. Мы призваны любить в противоположность роджерсовскому безусловному принятию. Безусловное принятие предусматривает принятие в человеке всего подряд и поэтому является совершенно неразборчивым в моральных вопросах. Оно может проглядеть зло и грех, что может быть причиной многих психологических проблем. Божья любовь ясно видит отрицательное начало в человеке и предлагает ему помощь в борьбе с ним. Да, любовь агапе предназначена для всех без исключения людей и не зависит от их ошибочных действий, но она может быть строгой, требовательной и правдивой. Она требует покаяния, и считает достойным любви всякого, кто способен это покаяние произвести. И после совершения покаяния христианская психология может и должна вести человека к истинной святости во взаимоотношениях с Богом и с другими людьми, хотя этому невозможно научить сугубо человеческими средствами оказания помощи.

Психолог не является христианским просто из-за принадлежности к анти-фрейдовскому, анти-роджеровскому или анти-бихевиоральному направлению. Консультант также не является христианским просто благодаря тому, что использует несколько библейских текстов. Ни одна из имеющихся консультативных теорий (религиозных или нерелигиозных) не отображает достаточно адекватно сложность человеческого характера в процессе его изменений. Здесь важно понять, что психологи призваны не подменять собой пасторов, а сотрудничать с ними. Это означает то, что пастора не должны руководить той частью ответственности, которая лежит на психологах, и наоборот. Психологическое консультирование призвано поддерживать и дополнять работу пасторов церкви, а не предлагать ей альтернативу. Психологи лечат ту часть естества человека, которая еще не преображена духовно, тем самым подготавливая его к возрождению. Однако даже возрожденный человек может сталкиваться с проблемами естественного порядка, которые неоправданно лечить только духовными средствами.

Большинство направлений психотерапии несовершенны, так как они имеют дело с симптомами (конфликтами, травмами, чувствами, проблемами), не касаясь настоящей причины психологических нарушений. Идеальная же психотерапевтическая концепция вскрывает глубинные причины душевных проблем и предлагает эффективные способы их преодоления. Автор идеальной психотерапевтической концепции — наш Творец, Бог. В Своем Слове Он указывает путь к идеалу — святости — через подражание Величайшей Личности – Иисусу Христу. Эта концепция показывает наилучший путь жизни — любовь. Она также выявляет корень всех зол, то единственное, что мешает достижению совершенства и является причиной всех психических проблем и нарушений — грех, заключающийся в гордости, и позволяет одержать над ним победу.

По Библии спасение касается исцеления и восстановления полноты всей жизни верующих, в особенности, в их отношениях с Богом (White, 1984). Работники сферы психического здоровья, чья деятельность в секулярном обществе нередко рассматривается как содействие возрастанию личности по направлению к целостности, отображают и принимают участие в работе церкви по искуплению и спасению. Как отмечал Рей Андерсон, “исцеление душ является миссией и служением христианской общины” (1982, с. 202).

2. Природа человека.
Человек – существо сложно составное, поэтому можно сказать, что в нем соединены несколько природ: тело имеет физическую природу, дух – духовную, а душа представляет собой трудно объяснимое сочетание обеих. «Природа» души в духовном смысле этого слова не равнозначна материальной субстанции, но представляет собой особый вид субстанции – самоопределяющейся, поскольку обладает определенной свободой воли. Разумеется, природа духа совершенно недоступна изучению психологическими методами, а природа души подлежит такого рода исследованию лишь частичным образом, как бы той своей половиной, которая обращена к телу. Поэтому на торжестве официального открытия первого в России Психологического института при Московском университете в 1914 году епископ Анастасий особо подчеркивал, что точному определению и измерению может поддаваться лишь внешняя сторона души, но не ее глубины, т.е. высшие проявления.

Таким образом, человек имеет тело, душу и дух, которые в различной степени обусловливают проявления друг друга. Дух обладает властью над душой, а душа над телом. К тому же дух верующих людей обладает большими возможностями, чем дух неверующих, потому что в качестве центра или сущности личности верующего и неверующего человека представлены разные части его естества. Поскольку проблемами тела занимается медицина, души – психология, духа – пасторское душепопечение, оказывать психотерапевтическую помощь на христианском основании можно даже неверующим людям.

Нервная система ответственна в той или иной мере за функционирование следующих психических процессов: ощущение (отдельных свойств предметов и явлений), восприятие (целых предметов и явлений), внимание (произвольное и непроизвольное), память (зрительная, слуховая, механическая и т.д. соответственно пяти чувствам). Воображение, речь, интеллект, эмоции и воля в основном относятся к способностям души человека. Интеллектуальные, моральные и религиозные способности не входят в полномочия деятельности нервной системы, принадлежа к сфере духа человека. За них отвечает разум, совесть и интуиция человека.

Уровень сложности человеческого естества увеличивается от тела (через душу) к духу. Кроме своих собственных качеств (разум, чувства и воля), душа связывает между собой телесные и духовные способности человека, сочетая в себе частично и те, и другие. Поэтому, например, интеллект пронизывает все три уровня природы человека: тело, душу и дух, отличаясь в каждом из них степенью своей сложности. Ряд психологических состояний (души) может быть вызван как телесными, так и духовными причинами, но, как утверждал К.Д. Ушинский, ни тело на дух, ни дух на тело не может влиять без посредства души.

Конечно, психологическое консультирование само по себе не ставит перед собой цели спасения человеческой души от власти греха, но содействует ее достижению косвенным образом. Человек, получивший помощь от христианского психотерапевта, более охотно принимает и помощь со стороны пастора и церкви. Стало быть, христианская психология есть подготовительный этап на пути спасения человека от власти греха. Разумеется, некоторые вопросы требуют одинаковых решений как со стороны консультанта, так и со стороны пастора, тем не менее, требования первого несколько ниже за требования второго (ср. Декалог и Нагорную проповедь), хотя круг разрешаемых вопросов у первого больше, чем у второго. Т.о. христианская психология не замещает собой пасторское душепопечение, но создает для него подходящие условия, подготавливая человека к принятию сугубо духовной помощи.

Итак, христианская психология занимается, прежде всего, вопросом состояния человеческой души, показывая, что даже естественные (душевные) вопросы не могут быть разрешены без сверхъестественной помощи. Иными словами, проблемами души даже неверующих людей может и должна заниматься именно христианская, а не какая-либо иная психология. Разум перерабатывает мысли; мысли затрагивают чувства, на основании которых воля принимает решения. Самое главное — чтобы разум, воля и эмоции каждого человека соответствовали требованиям Слова Божьего и Духа Святого.

Библейские требовании к разуму человека.
Основная цель человеческого разума – познавать истину и, прежде всего, духовную. Здесь человеческому разуму в помощь предоставлен надежный путеводитель в лице Божественного Откровения – Библии. «Слово Твое – светильник ноге моей и свет стезе моей». Библия существует для того, чтобы наш разум не оставался в состоянии неведения, а значит бездействия, а также колебания, а значит недостаточно правильного действия. Без библейского руководства разум колеблется и проявляет неустойчивость. «Но да просит с верою, нимало не сомневаясь, потому что сомневающийся подобен морской волне, ветром поднимаемой и развеваемой.  Да не думает такой человек получить что-нибудь от Господа. Человек с двоящимися мыслями не тверд во всех путях своих» (Иак. 1:6-8).

Правильное понимание Библии зависит от «просвещающего» влияния Духа Святого. Недопустимо читать Библию несерьезно и отвлеченно. Неустойчивая неконтролируемая душа производит неправильные эмоции и препятствует вере. Поэтому Дух Святой совместно с Библейским Откровением помогает нашему духу властвовать над душой и телом, подчиняя себе их сопротивление. «Но в членах моих вижу иной закон, противоборствующий закону ума моего (ведущий войну с законом моего ума) и делающий меня пленником закона греховного, находящегося в членах моих» (Рим. 7:23). Вот почему процесс исцеления нужно начинать с ума, а не с эмоций или волеизъявлений.

К категориям разума относятся: понятие, суждение, умозаключение. Основные операции разума: анализ (индуктивный подход) и синтез (дедуктивный подход). Разум может быть активным и пассивным, последовательными или противоречивым, но он не может быть добрым или злым. Он оперирует понятиями справедливости, но не любви.

Библейские требования к чувствам человека.
Назначение чувств человека – украшать его жизнь и жизнь других людей своим разнообразием и изменчивостью. Человек призван Богом к выражению чисто душевных своих качеств – общения, сострадания, дружбы и любви. Все чувства человека должны быть подчинены требованиям Божественной истины, ведущих нас к самодисциплине и самоконтролю, а также следовать необходимости самовыражения любви, снисходительно относящейся к проступкам других людей. Наконец, наши чувства должны украшать библейский образ жизни посредством выражения положительных эмоций и соответствующего творчества. «Радуйтесь с радующимися и плачьте с плачущими» (Рим. 12:15).

Чувства призваны не только выражать внутренние настроения человека, но и воспринимать внешние раздражители, а также строить на их основании свои отношения с другими людьми. При этом от них зависит увеличивать ли это восприятие, или уменьшать. По отношению к добрым агентам, восприятие должно быть более чувствительным, а по отношению к злым – менее чувствительным или вообще бесчувственным. Поэтому на чувства возлагается обязанность закалять себя для восприятия лишь добра, и контролировать себя в ответ на проявление враждебности, гнева и других отрицательных внешних чувств. Одним словом, ответными должны быть лишь положительные чувства, но не отрицательные. Для этого нужно воспитание чувств вместе с воспитанием воли под непринудительным контролем разума и совести (со стороны духа). Поставив чувства под контроль разума, человек сохраняет себя от возможности создания ложных представлений о других людях (предрассудки, неприятие, подозрительность).

К проявлениям чувств относятся: впечатление, переживание, страсть. Разновидности чувств дуалистичны: радость и печаль, любовь и ненависть, спокойствие и беспокойство, удовольствие и неудовлетворение. Чувства оперируют понятиями любви, а не справедливости.

Библейские требования к воле человека.
Основное назначение воли человека – создавать, творить (внутри себя или вне). Человек должен воспитывать в себе волю путем упражнения в добродетели. Без знания цели воля бездейственна, поэтому сильно зависима от разума и чувств со стороны души или совести и интуиции со стороны духа. В отличие от разума и чувств, настроенных как на прием, так и на отдачу соответственно информации и стимулов, воля только отдает, но не принимает. Даже борясь с другой волей, она делает это во имя собственных интересов, а не для того, чтобы просто помешать другим исполнить то, что им хочется.

Воля человека не должна быть исключительно абстрактно размышляющей, но призвана воплощать на деле библейские истины и призывы Писания. Человек призван трудиться во благо себе и другим людям, но, прежде всего, преследуя цель своего духовного становления. При этом его воля не может быть пассивной, колеблющейся или безучастной, но должна осуществлять идеалы веры на практике.

Воля проявляет себя в три этапа: принятие решения, оценка возможностей и выбор подходящего средства ее осуществления и осуществление данного решения. На всех этих этапах функционирования воли Бог оказывает Свою помощь человеку в устранении нерешительности его воли или ее колебаний по отношению к добру, стимулируя все это в отношении к злу. «Избери кому служить». «Что ты медлишь?»

Оккультное влияние, сеющие страх, определенные грехи (напр., непостоянство, недисциплинированность) или еретические учения (напр., богословский фатализм) парализует волю, упражнение в святости и борьба с грехом – ее закаляют. Мы призваны укреплять свою волю, приучивая ее творить добро, особенно другим людям. «Будьте тверды».

Две разновидности воли: свобода желания (мечта, намерение, цель), свобода действия (результат). Три этапа в принятии решения: постановка цели, выбор средств ее достижения и решение приступить к осуществлению поставленной цели. Воля человека может быть не только сильной или слабой (настойчивой или уступчивой), но и доброй или злой. Поэтому она здесь похожа больше на чувства, чем на разум, всегда стремящийся к истине.

3. Основные направления секулярной психологии.
1. Психоанализ
В Вене 1900 году вышла в свет книга под названием «Толкование сновидений», которая через несколько лет перевернула научную методологию в психологии с ног на голову. Автором этой книги был основатель психоанализа (фрейдизма) австрийский психиатр Зигмунд Фрейд (1856-1939). Будучи преподавателям Виденского университета, Фрейд был занят поиском новых путей лечения неврозов. Внимательно выслушивая показания больных депрессией, неврозом и навязчивыми состояниями З. Фрейд заметил, что многие симптомы имеют умственные, эмоциональные или психические причины, но не телесные. Он сделал вывод, что нервные расстройства возникают в основном из воспоминаний конфликтов и других эмоциональных травм, которые происходили еще в детстве. Теория З. Фрейда, как и метод лечения пациентов с эмоциональными проблемами, стала известна под названием психоанализ.

Фрейд разработал теорию бессознательных процессов и выдвинул универсальную, по его мнению, причину невротических проблем — Эдипов комплекс. По теории Фрейда, суть Эдипова комплекса заключается в сексуальном влечении мальчика к матери и враждебных чувствах к отцу, который воспринимается как соперник. Эти переживания содержатся в сфере бессознательного и образуют очаг возбуждения, не проникая в сознание. Психоанализ должен проявить этот очаг, осознать его и разрядить. После этого, по Фрейду, невроз лишается своей причины и человек излечивается. Фрейдом был разработан ряд методов выявления бессознательных комплексов. Главные из них – свободные ассоциации и анализ сновидений.

Очевидно, что это слишком приземистая и даже животная теория, описывающая и пытающаяся урегулировать поведение человека, поэтому ее постарались всячески облагородить различными путями. В настоящее время психоанализ представляет собой способ снятия излишней конфронтации между подсознательными влечениями и моральными требованиями общества. Лечебный эффект достигается за счет потеснения в правах социальных норм в пользу удовлетворения подсознательных влечений. Впрочем, этот метод имеет позитивные результаты в случаях с психологическими проблемами, возникшими в детском возрасте, отмеченном особой ранимостью и впечатлительностью. Однако выявить душевную рану и вылечить от нее – это разные вещи. В христианской психологии избавление от эмоциональной травмы достигается путем прощения обидчику его вины и предания всей проблемы в руки Божьи. Если же обидчик жив, тогда к этой схеме добавляется и очная встреча с ним, на которой и происходит объявление этого прощения вне зависимости от реакции на это самого обидчика.

Христиан не устраивает в психоанализе следующее:
1. индивидуализм (поведение в психоанализе остается направленным, в основном, на себя и на самоугождение).
2. изображение природы человека как конфликтной на сексуальной почве, а не в результате «первородного греха», противостоящего воле Божьей.
3. требование удовлетворения инстинктов вместо их подавления и подчинения моральным или духовным нормам.
4. отсутствие нормативной основы для ответственного морального поведения и принятия решения.
5. отрицание моральной или религиозной мотивации или посвящения (достижение самосознания, а не духовное возрастание).
6. субъективизм, тогда как реальное освобождение исходит извне, а не изнутри.

Положительным в психоанализе является факт внутренней конфликтности человеческой личности.

2. Бихевиоризм
Основателем бихевиоризма (т.е. теории изучения поведения) был Джон Уотсон (1878-1958). Впервые она была выражена в книге Уотсона под названием «Психология: как она выглядит с точки зрения бихевиоризма» (1913). Учась на психологическом факультете Чикагского университета, он много внимания уделял психологии, но вскоре разочаровался. Оказалось, что в Уотсона не хватало способностей к интроспекции (самонаблюдению), которая была ведущим психологическим методом в то время, и было мало желания изучать мыслительные процессы и сознание. Он пришел к тому, что психология должна бута такой же точной наукой, как химия, физика, биология. Следовательно, надо было отойти от изучения сознания и сосредоточиться на тех явлениях, которые можно наблюдать, или непосредственно измерять: действия, движения, события, имеющие место реально.

Отвергнув необходимость использования интроспекции, Уотсон призвал изучать, например, боль, не расспрашивая людей о том, что они чувствуют, когда им делают укол, с чем они сравнивают боль от укола, а просто наблюдать, что происходит, когда подопытного укололи иглой: слезы, крик, отдергивание руки и т.д. Это он называл объективным изучением феноменов психологии. Уотсон был убежден: если психология хочет стать научной сферой, она должна отказаться от предварительного изучения сознания и полностью сосредоточиться на том, что доступно наблюдению и объективному измерению, т.е. на поведении человека (отсюда и название – бихевиоризм от англ. «поведение»).

Дж. Уотсон одобрительно относился к трудам И.П. Павлова, показал, что многие виды автоматического и произвольного поведения (выделение слюны при потреблении пищи) были просто ответами, реакциями, которые затем укоренялись в практике, на специфические изменения или стимулы внешней среды. Как и Павлов, Уотсон верил, что определенные закономерности могут объяснить поведение не только животных, но и человека. Была предложена формула «стимул-реакция», которая означает, что в ответ на определенный стимул возникает строго определенная реакция. Позже другой бихевиорист Б. Скиннер распространил этот подход с некоторыми видоизменениями на произвольные действия, такие, как включение света, езда на велосипеде, одевание. Скиннер показал, что если действия происходят в определенной последовательности, то вероятнее, что это повторится снова.

Подтверждение своей теории бихевиористы находили в исследованиях зоолога Э. Торндайка, который изучал поведение собак в «проблемном ящике». Животное могло выйти из ящика, если надавливало на определенную планку. Ученый заметил, что животное действует методом проб и ошибок и случайно достигает результата. Обучение происходит в результате многократного повторения (закон упражнений). Если после реакции условия благоприятны, то реакция закрепляется, устанавливается прочная связь между стимулом и реакцией (закон эффекта). Законы упражнений и эффекта были дополнены и перенесены на человека. Для бихевиористов предсказания и контроль поведения зависят от точного определения внешних условий, которые поддерживают поведение.

С одной стороны, подход «стимул-реакция» сужал психологию, ведь при нем исключалось изучение сознания, а с другой — распространял ее кругозор, потому что позволял изучать поведение детей, а также умственно отсталых, душевнобольных взрослых лиц, то есть такие группы испытуемых, для которых метод интроспекции был безрезультатным. Вскоре бихевиоризм стал ведущей отраслью экспериментальной американской психологии и оставался таковым до начала 60-х годов XX века.

Акцент на сугубо биологических потребностях в бихевиоризме ограничивает способность человека к трансценденции, осуществляемой с Божьей помощью, т.е. способности к выходу за пределы нашего собственного эгоизма и физиологии. Человек способен делать то, к чему нас призывает Бог. Быть человеком означает быть биологическим существом (и радоваться в этом состоянии), но мы не только биологические существа. Лишь совершенно неуважающая свое достоинство личность может уподобляться животному.

Конечно, данная теория является наименее пригодной для использования христианами, поскольку не только сводит все поведение человека к избеганию страданий и поиску удовольствий, но и детерминирует последними. В действительности же такой взгляд на человека лишает последнего самых высоких идеалов, какой-либо ответственности за свое поведение, а также возможности совершения духовных подвигов и подвижничества. Признай человека исключительно жертвой обстоятельств и он тут же лишается своей человечности. При необходимости полного повиновения пациента эксперту таким подходом можно сильно злоупотребить, поскольку он представляет собой практически методику дрессировки животных, перенесенную на человека.

Хотя и в Библии мы находим такие понятия, как «наказание» и «награда», однако они представляют собой лишь низший уровень духовности человека, которую таким образом невозможно свести только к ним. «Я уже не называю вас рабами» — говорит Христос Своим ученикам, – ибо раб не знает, что делает господин его. Но Я назвал вас друзьями, потому что сказал вам все, что слышал от Отца Своего» (Ин. 15:15). Кроме того, Библия учит нас тому, что как это средство воспитания, так и другое не действуют на человека механическим образом, но люди могут им противиться как раз по той причине, что являются свободными существами, а не марионетками в руках Бога. Напротив, Бог использует в качестве основного средства воспитания любовь, а не справедливость.

Неприемлемые для христианства элементы в бихевиризме:
1. человек является сугубо биологическим существом, не имеющим духовных потребностей и, следовательно, высших мотивов поведения.
2. человек не обладает свободой воли, но всецело детерминирован большим количеством различных природных условий, которые управляют его поведением совершенно стихийно.
3. психическая деятельность человека есть результат материальных внешних влияний.
4. поведение животных и людей объясняется действием одних и тех же закономерностей, что унижает достоинство человека.
5. отсутствие цельной концепции личности, разбитой на ряд единичных реакций на внешние раздражители.
6. отсутствие моральной мотивации и ответственности в поведении.
7. человека можно дрессировать как животное посредством «кнута и пряника». В действительности же как избежание наказания, так и заслуживание наград не всегда бывают полезными для человека.

3. Гештальт-терапия
Группой немецких ученых в 1912 г. было начато направление, который отличается от разработанного Вундтом, Уотсоном, Фрейдом – гештальт-психология. Немецкое слово gestalt значит «целостность», «полнота», «структура», «(целостный) образ», «фигура». В общих чертах его содержание можно проиллюстрировать так: если вы смотрите на большую картину с изображением леса и можете сосредоточиться на всем лесе, а не на отдельных деревьях, то у вас возник «гештальт».

Новый подход в психотерапии, связанный с деятельностью, прежде всего, такого психолога, как Фриц Перлз, претендует на изучение человека во всех его проявлениях, способностях и нуждах одновременно. Гештальт терапия делает сильный акцент на личностной независимости, а также на потребности индивида более полно переживать настоящий момент через усиление сознавания того, о чем он думает, чувствует и делает в ходе взаимодействия с другими. Перлз настаивал на том, что осознание своих базовых (большей частью биологических) потребностей позволяет человеку лучше приспособиться к неблагоприятным обстоятельствам жизни, а значит вести жизнь более полного удовлетворения и независимости от других людей.

Это направление отрицало бихевиоризм, который изучает человека не в целом его естестве, а лишь отдельные его элементы – стимулы, реакции. Ведь целое – не просто сумма отдельных частей, а нечто гораздо большее. Когда мы смотрим на банан, мы видим банан как целое, а не его желтизну, гладкость поверхности, изогнутую форму. Мы естественно комбинируем элементы, чтобы сформировать полноту (гештальт), который мы узнаем как банан.

Гештальт-терапия ставит исключительный фокус на “здесь и теперь” непосредственно протекающего переживания и на интеграции (то есть на объединении) фрагментарных частей личности. Гештальт терапевты утверждают, что выявление причин поведения (’почему’ человек так поступает) (т.е. инсайт и объяснение) или анализ прошлых событий менее терапевтически полезны, чем обращение более пристального внимания на “что” и “как” (он поступает) в настоящем. Если же они и обращают внимание на прошлые события, то только в той мере, в которой незаконченное дело из прошлого вторгается в нынешнюю жизнь человека.

Гештальт-психология изучает факторы, которые определяют, какой из стимулов мы выбираем. Были проведены многочисленные эксперименты в сфере восприятия. Ученые развили принципы, по которым мы организуем мир, который воспринимаем, как формируем значительные гештальты из кусочков сенсорного опыта. Гештальт-психология утверждает, что человеческое восприятие и знания зависят от контекста. Именно контекст, в котором встречается объект, придает ему значение.

В противоположность бихевиоризму, который сосредоточивался на практике, гештальт-психология на первое место поставила интеллектуальную деятельность, которой подчиняется практика. В опытах Келера шимпанзе решала практическую задачу (достать плод) через мгновенную перестройку ситуации или «инсайт». «Инсайт» (озарение) противопоставлялся методу проб и ошибок, подчеркивал творческий характер мышления. Гештальт-психология акцентировала внимание на своеобразии сложных психических образований и глубоко их изучала.

Техники гештальт-терапии созданы для интенсификации прямого переживания и для интеграции конфликтующих чувств или противоположностей внутри индивида. Гештальт терапевты требуют от своих клиентов общения только в настоящем времени, используя в своей речи “Я”, а не “это” или “ты”. Задавание вопросов не приветствуется. Беседы проходят в группах. При этом клиенту не позволяется сплетничать о ком-то, а лишь обращаться непосредственно к данному человеку. Клиентов поощряют сосредоточиваться на аффективных и телесных ощущениях своего текущего опыта и общаться с терапевтом или с членами группы, как с “равными”.

Гештальт-терапия больше всего подходит к личностям, которые чувствуют себя несколько скованно в выражении глубины или полноты своих чувств и которые относительно свободны от “серьёзной” психопатологии (психозов, тяжелых неврозов, органических психических расстройств, возрастных отклонений и т.д.). Пока что многие ученые оценивают гештальт терапию как эффективную в оказании помощи людям, склонным к чрезмерному самоконтролю или подавлению своей эмоциональной выразительности. Но должна испытываться серьезная озабоченность по поводу того, нужно ли применять гештальт-терапию к личностям, которые характеризуются сравнительно более ослабленным самоконтролем или очень импульсивны (например, антисоциальным или пограничным случаям).

Гештальт-терапия оказалась под большим влиянием философского экзистенциализма, поэтому обращает большое внимание на субъективный опыт, а не на внешние влияния, даже если к которым относятся рациональные и моральные принципы. Внешние предписания человек может принять лишь посредством свободного усвоения и собственной переработки. Поэтому для гештальт-терапевтов внешне обусловленные правила почти неминуемо ведут к нездоровым формам зависимости человека. Именно в этой части христиане не могут согласиться с представителями этого метода в психотерапии. С христианской точки зрения, нашим желаниям и нуждам нельзя приписывать абсолютного авторитета, поскольку мы – существа ограниченные и далеко несовершенные, тогда как влияния и зависимости со стороны других людей не всегда бывают вредны.

Христиан также не устраивает и крайний индивидуализм теории Перлза. В гештальт-терапии прославляется индивидуальность, отсюда низко оцениваются взаимоотношения с другими. Ее сторонники считают, что каждый человек ответственен лишь за свое благополучие, поэтому он должен прекратить зависеть от других в сознавании своих нужд. Поскольку самодостаточность признается в гештальт-терапии высочайшей добродетелью, здоровой личностью в ней считается та, которой чужда озабоченность своим внешним видом и социальными ролями, которые ей навязываются обществом и объективными законами.

Христиане также опасаются делать ставку на чувства без рациональных оговорок. Перлз же, принимая гуманистический дух 1960-тых, утверждал, что если вы действительно хотите расти как личность, нужно “потерять разум и придти к своим чувствам”. Вот почему в последние годы своей жизни он повернулся лицом даже к дзен-буддизму, индуизму и другим оккультным практикам, опирающимся на мистицизм. Христиане же более заняты повышением своих не физических или психологических, а духовных возможностей.

Наконец, христиане не боятся противоречий, которые пытаются устранить бегством гештальт-терапевты. Разум развивается себя, когда эти противоречия разрешает рациональным путем. Истина, конечно же, разделяет людей на тех, кто соглашается с нею, и кто не соглашается, что вносит напряжение между людьми. Гештальт-терапия считает необходимым отвергнуть любые нормы во имя релятивистского и агностицистского единства.

Таким образом, христиане подвергают сомнению следующие элементы в гештальт-терапии:
1.    индивидуализм и субъективизм;
2.    мистицизм и иррационализм;
3.    самодостаточность человека;
4.    релятивизм и агностицизм.
5.    унижение разумной деятельности человека.

Гештальт-терапия слишком высоко оценивает переживание в непосредственном опыте человека, ставя такой опыт выше всего другого. Если мы что-то полезное делаем для самих себя, это еще не означает того, что мы тут же начнем это делать и для других. «Поступать по-своему» может и эгоист, концентрирующийся всегда только на собственных чувствах и желаниях. Полноценная жизнь индивида невозможна без служения другим. Поэтому индивидуальная целостность и полнота являются необходимыми, но явно не достаточными условиями проявления социальной ответственности. Потребность узнать и понять окружающий нас мир является не менее важной для полноценной жизни, чем постулат гештальт-терапии быть целостным и жизненно активным в настоящий момент.

Положительным моментом в гештальт-терапии является акцент на личной ответственности, поскольку люди пытаются избежать ее любыми путями, например, принимают какие угодно роли, лишь бы снять ее с себя и возложить на плечи других. Подобным же образом люди умудряются манипулировать другими, чтобы вынудить их “любить” лишь себя или “заботиться» лишь о себе. Поэтому гештальт-терапевты защищают права и других людей строить свое счастье без нашего вмешательства.

4. Гуманистическая психология
Гуманистическая психология, как и гештальт-психология, возникла в основном в противовес теориям бихевиоризма и психоанализа. Учредителями гуманизма стали Карл Роджерс (1902-1987) и Абрахам Маслоу (1908-1970). Они утверждали, что личность должна быть центральной фигурой психологии. Если уделять внимание только стимулам и реакциям, то личность остается в стороне, а это негуманистично. Такие явления, как забота, любовь, свобода – реальные феномены, достойные научного исследования независимо от того, можно ли их непосредственно наблюдать или нет. Хотя личные переживания человека являются изменчивыми, все же невозможно отрицать их в качестве регуляторов его поведения. Попытки понять человека без учета этих явлений обречены на неудачу. Гуманисты подчеркивали возможности личностного роста, психического здоровья, самоактуализации. Фрейдовский упор на инстинкты был очень спекулятивным. Несмотря на свою биологическую природу, человек может управлять своей судьбой. Пределы психологии должны быть расширены.

Карл Роджерс разработал основные принципы т.н. личностно-центрированной терапии (ЛЦТ), в основу которой он ставил не терапевта, а личность клиента (поэтому она и является личностно-центрированной). Поскольку только у клиента имеются резервы, с помощью которых он может убрать препятствия на пути к личностному росту, терапевт есть лишь сотрудник, а не единственный руководитель терапии. Это означает, что отчет самого человека о своем опыте должен оцениваться намного выше, чем наше наблюдение за его непосредственным и объективным поведением. Главным качеством терапевта должна быть способность понять чувства и переживания своего клиента, поэтому проявление внимательного слушания и отзывчивости Роджерс ставил в основу своей техники.

В отличие от биологизма психоанализа и детерминизма бихевиористской техники терапии, Карл Роджерс придерживался высоко личностного, феноменологического и положительного взгляда на человеческий опыт. На его профессиональные взгляды сильно повлияла феноменологическая философия Эдмунда Гуссерля, которая в кратком изложении утверждает: кем мы являемся и что мы делаем, отражает наш субъективный опыт переживания мира и самих себя. Внешняя реальность может быть известна только через внутреннюю реальность личного опыта. Поэтому Роджерс утверждал, что знание о стремлениях, мечтах, целях и ценностях человека сообщает нам больше информации, чем сопоставление знаний о биологических, средовых и исторических факторах его поведения. Поэтому при изучении личности наряду со здоровьем должны подчеркиваться такие отличительные человеческие качества, как выбор, творчество, самоактуализация и ценность, поскольку люди обладают потенциальной возможностью выбирать, действовать свободно и ответственно, а не просто пассивно реагировать на события.

Ключевым утверждением теории личности Роджерса является следующее: у всех людей имеется только один движущий его поведением мотив – стремление к самоактуализации. Все люди имеют врожденную тенденцию к развитию своих способностей по направлению к достижению, поддержанию и усилению своего собственного благополучия. В отличие от себялюбия, актуализация есть реализация своих потенций, включающая и способность любить. Влечение к самоактуализации является основой осуществления выбора и действий каждого человека. Поэтому личность осуществляет выбор о направлении своей жизни преимущественно изнутри, а не под давлением внешнего мира.

Как часто от нас ожидают действий не в соответствии с нашими естественными потребностями, а в соответствии с ожиданиями родителей и других значимых людей. И мы будем выполнять эти действия для того, чтобы добиться их принятия. Так возникает несоответствие между самостью и опытом. Если внешние “условия оценивания” ведут к искажению самости, то ЛЦТ предлагает относиться человеку с искренностью, эмпатией и безусловным принятием, что способствует развитию у него положительного отношения к себе и, отсюда, конгруэнтности между “Я-образом” и личным опытом. Эмпатия – это не просто сочувствие, но способность терапевта к переживанию опыта клиента и принятие его внутреннего мира. Терапевт должен понять чувства клиента так же, как сыщик мысленно перевоплощается в преступника, чтобы понять образ его поведения (см. слова отца Брауна: «я – убийца»). Безусловное принятие – не уступчивость, а уважение к личности клиента, одобрение его актуализирующей тенденции и стремления к самореализации.

Личностно центрированный терапевт никогда не дает советов, не стыдит, не поучает, не интерпретирует опыт клиента и, что особенно важно, не манипулирует им. В отличие от других подходов, считающих психотерапию делом, в котором терапевт “делает что-то с” клиентом, ЛЦТ может быть лучше понята по аналогии с садоводством. Это обеспечение правильной почвы межличностных отношений, в которой скрытые влечения клиента начнут развиваться и смогут, в конце концов, реализоваться. Активное слушание, прояснение смысла и отражение чувств, личное присутствие и ‘соучастие’ считаются единственно необходимыми ‘инструментами’ в репертуаре личностно-центрированного терапевта. Подразумевается, что клиент будет свободно выбирать и переносить изменения, переживаемые в личном контексте терапии, на внешние отношения с другими людьми.

Техника ЛЦТ наиболее приближена к христианским ценностям, однако уязвима в некоторых отношениях:
1.    безусловное доверие человеческой природе (отрицание ее онтологической испорченности), исключающей возможность и необходимость самоограничения (контроль своих чувств);
2.    преувеличение ценности самопознания и человеческого опыта (самодостаточный гуманизм);
3.    релятивизм в морали и в религии (опасность представления о свободе как об абсолютном произволе);
4.    пассивное лечение терапевта.

Весьма высокомерно утверждать о себе как о субъекте, контролирующем собственное существование, а также определяет его моральную ценность. Клайв С. Льюис однажды заметил, что хорошим функциональным определением ада будет следующее: место, где все действуют так, будто бы они являются хозяевами жизни. Если же человек зачастую не в силах себе помочь, он нуждается в активной форме помощи, которую исключает ЛЦТ.

Христиане положительно оценивают факт подчеркивания ЛЦТ индивидуальной свободы и ответственности. В роджерианской традиции утверждается личный выбор и способность к изменениям. Хотя она и подвержена риску обвинять клиента во всех его проблемах или рассматривать клиентов как обладающих большей свободой, чем она у них на самом деле есть, но в ней люди обладают способностью действовать и принимать решения независимо от ситуации, своего прошлого или социальных ограничений. Это же самое утверждает и Святое Писание. Человек не всегда является жертвой обстоятельств или злодеяний других людей. Зачастую его приводят к тяжелому психологическому состоянию его собственные грехи.

Вопросы для самопроверки.
Определите, к какому из научных направлений принадлежит каждый пример — бихевиоризму, психоанализу, гуманистической психологии или гештальт-психологии?
1. Эксперименты показывают, что основным безусловным стимулом, который вызывает реакцию страха, является громкий звук или потеря опоры. Все дети, за исключением одного из тысячи, задерживали дыхание, кривили губы, плакали, когда позади них раздавался громкий звук, или одеяло, на котором они лежали, внезапно выдергивали из-под них.
2. Мелодия узнается даже тогда, когда она транспонируется в другую тональность. Состав элементов изменился, но целая композиция – нет. Например, при транспонировании мелодии из тональности до-мажор в тональность до-диез-мажор совсем не заметно, что по составу элементов это несколько другое произведение, чем то, что было раньше.
3. Молодая девушка проявляла к своему шурину, т.е. мужу старшей сестры, большую симпатию. Старшая сестра заболела и умерла. Когда девушка подошла к постели умершей, у нее на мгновение возникла мысль: «Теперь он свободен и может на мне жениться». Эту идею предоставила ее сознанию неосознаваемая ею любовь к шурину, но из-за взрыва ее мучительных чувств по поводу смерти сестры эта мысль сразу исчезла. Девушка заболела. Наблюдались тяжелые истерические симптомы. Она забыла эту сцену у постели сестры с отталкивающим эгоистическим ее желанием и вспомнила об этом только во время лечения. Она воспроизвела патогенный момент с признаками сильного душевного волнения и благодаря этому вылечилась.
4. Молодой человек мало читал в детстве и у него развился дефект речи, выраженный в сложности самовыражения вербальным путем. Поскольку все его одноклассники и сверстники постоянно смеялись над ним, у него развился комплекс неполноценности. Когда с ним позанимался психотерапевт, обучив его выражать свои мысли ясно, литературно и без запинок, он снова завел друзей и смог хорошо общаться в компаниях.

Ответы:
1. Бихевиоризм (речь идет о стимуле и реакции на него).
2. Гештальт-психология (речь идет о зависимости значения отдельных элементов от целого или от контекста).
3. Психоанализ (речь идет об осознании бессознательных причин болезни).
4. Гуманистическая психология (речь идет о повышении самооценки).

4. Место христианской психологии среди других психологических школ.
Психотерапию следует отличать как от религии, так и от медицины, в частности психиатрии. Она отличается даже от психологии, занятой более теоретическими вопросами, чем практическими. В принципе, психотерапия не исключает задействования определенных медицинских, педагогических, социальных и других гуманитарных знаний и навыков, но не исчерпывается ими. И уж совсем нежелательно заниматься психотерапией специалистам сугубо гуманитарного профиля, не говоря уже о большом количестве разных альтернативных направлений в психотерапии.

Хотя для психотерапевта желательно иметь образование не только медицинское, но и психологическое, хотя бы в качестве подстраховки, он должен знать, что психика человека сталкивается с проблемами далеко не физического характера. Например, недопустимо объяснять больному депрессией, что его заболевание такое же, как и диабет. Это типично вульгарный перенос в психотерапию сугубо медицинских отношений, где врач остается внешним наблюдателем и субъектом, а больной идентифицируется с болезнью и становится объектом. Психотерапия не может строиться на такой основе, ибо она принципиально предполагает межличностные отношения. Поэтому психотерапия всегда взаимодействует с несколькими дисциплинами, включая и философскую антропологию, рассматривающую различные теории личности.

То, что психотерапия функционирует на основе всем хорошо знакомых мышления, речи и чувств, очень многих вводит в заблуждение, так что возникает сильное искушение создать собственную точку зрения в этой области. И здесь мало удивительного, ибо даже специалисты нередко обозначают психотерапию как «лечение разговором». Но профессиональный психотерапевт не просто развлекает пациента, он исследует его проблемы, его комплексы, его образцы поведения, его сознание и бессознательное, и лишь косвенно апеллирует к его чувствам и речи, в которых все эти аспекты выражаются, зачастую в неявном виде.

Психотерапия – это не просто беседа или анализ, но и нечто большее. Психотерапевту приходится постоянно анализировать не то, что говорит пациент, а как он это говорит, и почему он говорит именно это и именно так, а не иначе. Какие структуры личности (воля, эмоции, разум) при этом активизируются, и какие образцы поведения повторяются? И все это – лишь предварительный этап, который делается только для того, чтобы затем сопоставить свои наблюдения с конкретной концепцией психотерапии.

Совершенно прав М.М. Решетников, когда говорит о том, что «в отличие от медицины, где общепризнанным является принцип каузальности, наиболее четко проявляющийся в инфекционной патологии, где конкретный возбудитель вызывает конкретное заболевание, в психиатрии и психотерапии — «ответ» всегда является неспецифическим, то есть — один и тот же негативный фактор может вообще не вызвать никаких значимых отклонений, или наоборот — вызывать самые различные (фактически — любые) формы психопатологии (от легкой транзиторной дисфории или невроза до полного и пожизненного аутизма)» (Решетников М.М. Психотерапия — как концепция и как профессия / Независимый психиатрический журнал, 2003, № 2).

Если в медицине целью является вернуть человека к тому состоянию, которые было до заболевания, то психотерапия ориентируется на то, каким он мог бы стать, если бы не возникла та или иная патология развития, заложившая основу будущего страдания. Поэтому сколько существует проблем у человека, возможно, столько же имеется и способов их разрешения. Всего в психотерапии насчитывается около 40 методов лечения. Мы не всегда можем разобраться в простых мотивациях людей, а что говорить о понимании тех проблем, которых не понимает сам пациент?

Несмотря на то, что психотерапия занимает промежуточное положение между медициной и религией, христиане не вправе отказываться от нее полностью. Подобно тому, как советские психиатры считали, что неврозы – это сугубо социальные болезни, присущие лишь «загнивающему капитализму», христиане не должны считать их лишь проявлением оккультных сил. Это особый вид заболевания, исцеление которого требует приложения целого комплекса усилий различной природы. Поскольку психика человека устроена весьма сложным образом, не существует простых способов ее лечения.

Создатель логотерапии Виктор Франкл подчёркивал, что, в противоположность задачам психотерапии, целью религии является не исцеление, а спасение души (см. Франкл В. Человек в поисках смысла: Сборник. М., 1990), тем не менее, первый подход не противоречит, а лишь отличается от второго, поскольку может быть подготовительной стадией для его осуществления. Поэтому несмотря на сложность выяснения отношении между психотерапией и религией (Недоспасова Т.А. Православное учение о душе и психология. М., 2005), звучат голоса в пользу включения религиозных учений в теорию и практику психотерапии (Шеховцова Л. Ф. Христианское мировоззрение как основа психологического консультирования и психотерапии. СПб.: Общество православных психологов Санкт-Петербурга, 2009).

Конечно, основным вопросом христианской психологии является вопрос об исследуемости не только внешнего поведения человека, но и деятельности руководящего его центра, под которым мы понимаем душу или личность человека. Б. Братусь в связи с этим отмечает: «Психоанализ, гештальт-терапия используются, по преимуществу, для попыток преодоления раскола ума и сердца, бихевиоризм, поведенческая терапия – ума и воли и т.д. На наш взгляд, христианская психотерапия, не умаляя этих задач, направлена, по преимуществу, на устранение главного, центрального раскола: раскола между сторонами души – внутренней, духовной и внешней, обращенной к миру» (Братусь Б.С. Христианская и светская психотерапия / Московский психотерапевтический журнал, 1997, №4). Получается, что душа человека в той ее части, которая обращена к внешнему миру, вполне исследуема психотерапевтическими методами.

Христианская психология в каждом отдельном случае может оперировать достижениями различных секулярных психологических школ, хотя и не все они будут приемлемы ей в качестве безусловного пособия. Например, бихевиоризм и психоанализ утверждают, что источник расстройства пациента лежит вне его сознания, но мало обращают внимания на творческие цели, идейные установки или даже простые фантазии. Тем не менее, ключ к пониманию и решению ряда психологических проблем находится исключительно в сфере сознания пациентов (см. напр. Александров А.А. Современная психотерапия. — СПб.: Академический проект, 1997, с. 82).

Согласно христианской психотехнике поведение человека определяет его интерпретация внешних событий, которая реализуется по следующей схеме: внешние события (стимулы) → сознание (анализ воздействия) → аффект (поведение). Аффект – это кратковременный эмоциональный всплеск, обычно вызванный травмирующими переживаниями. Если интерпретации и внешние события сильно расходятся, это ведет к психической патологии. Аффективной патологией является сильное преувеличение нормальной эмоции, возникающее вследствие неправильной интерпретации под действием многих факторов. Эмоциональные нарушения зависят от того, что человек воспринимает события как посягательство на его права.

Важно понять, что христианская психология называется христианской лишь по той причине, что использует христианские методы работы и потому рекомендует консультантам иметь христианские убеждения, однако она занимается излечением психологических проблем обычных людей. В принципе по этим методам могут работать и секулярные психотерапевты, если посчитают их действующими. Главным здесь является именно решение конкретных психологических расстройств, а не изменение личностных характеристик или недостатков пациента. Последующей коррекцией должны заниматься евангелисты и пастора, а не христианские психотерапевты. Иными словами, психологические проблемы это специфические заболевания, которые не лечатся медикаментозными средствами. Когда пациент понимает, что навязчивые желания и мысли — это результат психологических сбоев, а не подлинная его потребность, он должен сказать себе: «Это не я не думаю, что мои руки всегда грязные и нуждаются в непрерывном мытье. Это моя болезнь заставляет меня непрерывно мыть руки».

При шизофрении пациенты иногда начинают вести мысленные диалоги с воображаемыми образами людей или потусторонних существ (т.н. «голоса»). Психолог в данном случае может постараться объяснить пациенту, страдающему шизофренией, что тот беседует не с реальными людьми или существами, а с созданными им художественными образами этих существ, думая по очереди то за себя, то за такого персонажа. Когда человек, страдающий шизофренией, поймёт, что его персонаж — всего лишь плод его воображения, он перестанет доставать этот образ из памяти, когда не нужно.

Психотерапевт старается убедить наркомана, что краткосрочное удовольствие от наркотика в долгосрочной перспективе не стоит всех тех проблем, которые последуют за ним — потери работы, семьи, друзей, здоровья, неуважения общества, бездомности и пр. Вместо этого он предлагает клиенту принять более разумное решение, а именно попробовать возвратить себе обычные источники получения удовольствия: заработать деньги, создать семью, родить детей, купить жильё, поправить здоровье и т.д. При этом основным доводом в пользу данного решения будет меньший риск и достаточно надежный путь к удовлетворению своих потребностей.

Одним словом, христианская терапия состоит в переубеждении человека, чтобы заменить ошибочные убеждения и представления на более рациональные мысли. Например, часто причиной депрессии являются несбыточные желания или чрезмерно завышенные требования, поэтому пациенту предлагается поставить себе более реалистическую цель. От навязчивых мыслей предлагается отвлечься каким-либо образом. Однако существование психологических проблем не всегда может быть сведено лишь к неправильным представлениям человеческого ума, но и бывает нарушением функций его воли или чувств. Терапевтический эффект происходит не всегда от того, что терапевт указывает на логические ошибки и противоречия в суждениях пациента. В таких случаях от когнитивно-бихевиоральной психотерапии придется обратиться к другим, более эффективным в конкретных условиях и обстоятельствах.

Бихевиоризм опасен тем, что предметом психологии считает поведение, а не сознание. Важнейшими категориями бихевиоризма являются стимул, под которым понимается любое воздействие на организм со стороны окружающей среды. Субъективные переживания при этом в современном бихевиоризме не отрицаются, но ставятся в положение, подчиненное внешним воздействиям. Как создаются сложные формы поведения, учитывающие активность самого человека в работах бихевиористов раскрыто не было. Фактически бихевиоризм сильно ограничивает свободу воли человека, поэтому эксперименты Уотсона всегда были неприемлемы с точки зрения морали, чем он вызвал впоследствии негодование окружающих. Бихевиоризм, по мнению А.Н. Леонтьева, отрицал роль и вообще наличие в поведении и деятельности человека таких внутренних ненаблюдаемых свойств, как цели, мотивы, смысл, моральные убеждения и прочее. Поэтому бихевиоризм наименее пригоден для проведения христианской психотерапии.

Психоанализ – одно из ведущих направлений в психотерапии, изучающее скрытые бессознательные мотивы, ведущие к расстройствам. Этот метод диагностирования психических больных был впервые предложен Зигмундом Фрейдом, который утверждал, что в основе истерической симптоматики находятся подавленные воспоминания о неприятных ситуациях, которые почему-то обладают прямыми или непрямыми сексуальными ассоциациями. В 1900 году в своей монографии «Толкование сновидений» (7 глава) Фрейд заявил о том, что неприемлемые сексуальные желания людей вытесняются в систему «бессознательного» из-за социальных сексуальных запретов, и это вытеснение порождает тревожность. Позже психоанализ подвергся некоторой ревизии, создав аналитическую психологию К. Юнга и индивидуальную психологию А. Адлера, которые предпочитают обозначать термином «неопсихоанализ».

Основные положения психоанализа сводятся к следующим «трем китам»: 1) человеческое поведение во многом определяется внутренними (наследственными или же приобретенными в детстве) иррациональными влечениями, которые самим человеком не осознаются; 2) попытки осознания этих влечений приводят к психологическому сопротивлению в форме защитных механизмов; 3) конфликты между осознанным восприятием реальности и бессознательным (вытесненным) материалом могут приводить к ментальным нарушениям, таким как невроз, невротические черты характера, страх, депрессия и т.д. К этим диагностическим положениям фрейдизма у христиан нет замечаний, кроме того что сексуальный компонент здесь явно преувеличен. Многие психологические травмы, приобретенные в детстве, не имеют никакого отношения к сексуальной жизни.

Иное дело, техника лечения этих проблем. По Фрейду, освобождение от влияния бессознательного материала может быть достигнуто через его осознание. Здесь Фрейд предлагает пациенту изложить свои мысли, включая свободные ассоциации, фантазии и сны, на основании чего пытается сделать заключение о бессознательных конфликтах, являющихся причинами симптомов и проблем характера пациента. Здесь Фрейд становится на зыбкую почву субъективизма, поскольку может выйти совершенно на другие проблемы, либо не обнаружить никакой. Поскольку специфика психоаналитической терапии как правило включает конфронтацию и разъяснение патологических защит и желаний пациента, то последний может испугаться психотерапевтических домогательств и начать давать ложные показания.

Фред учил тому, что «сознание» и «бессознательное» антагонистичны, но в бесконечной борьбе бессознательное всегда побеждает. Психику автоматически регулирует принцип удовольствия, который модифицируется в принцип реальности; при нарушении баланса возможностей и желаний (когда желание не принимается обществом или самим индивидом), происходит проскальзывание информации в сознание посредством снов, оговорок и т. п. (т. е. через бессознательную сферу). Позже в структуру личности Фрейд добавил «СуперЯ» («СверхЯ»), под которым понимал моральное чувство (совесть), имеющее сугубо социальную природу. В том случае, когда нормы общества и подсознательные желания не совпадают, для разрешения конфликта включаются защитные механизмы, порождающие бессознательные реакции: вытеснение, рационализацию, сублимацию, проекцию, регрессию и прочие.

Не исключая этого сценария, мы можем констатировать факт существования и другого рода конфронтации – не между скрытыми влечениями и признанием в обществе, а между порочными страстями и духовными побуждениями трансцендентной природы. В таком случае человеку придется стыдиться самого себя или своей слабости, а не общественного порицания, а нам придется распрощаться с фрейдовской психотехникой, ставшей на путь поощрения именно бессознательных инстинктов. Хотя метод Фрейда оказался эффективен при некоторых сложных случаях нарушений в сфере интимных и межличностных отношений, однако вина далеко не всегда сигнализирует о том, что человек стал жертвой какого-то социального запрета (см. Ничипоров Б. Начала христианской психологии. М., Наука, 1995).

Кроме того, некоторые исследователи сомневаются в том, что перевод подавленных воспоминаний в сознание может выступать в качестве эффективной методики лечения. Это означает, что психоанализ «работает» больше в области обнаружения психологических проблем, чем путей их решения. Фрейд писал: «Задача лечения – устранить амнезии (потери памяти). Когда все пробелы в памяти заполнены, все загадочные продукты психической жизни разъяснены, то продолжение или даже возобновление болезненного состояния невозможно», однако простое «разъяснение» не всегда срабатывает. Душа человека не вмешается в психологию без остатка.

Виктор Франкл однажды выразился так: «Верно, что Фрейд однажды заметил в беседе: “Человечество всегда знало, что оно обладает духом, моей задачей было показать, что оно имеет также и инстинкты”. Сегодня представляется более важным напомнить человеку, что у него имеется дух, что он – духовное существо» (В. Франкл. Основы логотерапии. Психотерапия и религия. СПб., 2000, с. 18). Ему вторит Б. Братусь: «Современный человек (в церковном понимании – человек после грехопадения) характеризуется отсутствием целостности, внутренними расколами, и разные виды психотерапии по своему стремятся к их преодолению. Так, психоанализ, гештальттерапия используются по преимуществу для попыток преодоления раскола ума и сердца, бихевиоризм, поведенческая терапия – ума и воли и т.д. На наш взгляд, христианская психотерапия, не умаляя этих задач, направлена по преимуществу, на устранение главного, центрального раскола: раскола между сторонами души – внутренней, духовной и внешней, обращенной к миру» (Братусь Б.С. Христианская и светская психотерапия / Московский психотерапевтический журнал, 1997, №4, с. 18).

Поэтому сотрудничество между христианской и светской видами психологии возможно лишь на пути проведения диалога, отдавая каждому должное: «Как нерелигиозный врач должен оставить религиозному пациенту то, чем он обладает – его веру, так и религиозный врач должен оставить священнику то, что ему принадлежит – его службу» (Франкл В., там же, с. 266). Психология, не теряя своего лица, может во многом сотрудничать с христианством, как говорил Виктор Франкл: «не обязательно быть прислугой, чтобы иметь возможность служить». Кстати, Франкл помог многим лицам даже духовного звания избавиться от богохульных мыслей, приписав их появление неврозу: «Если Бог знает, что все эти богохульные идеи имеют обсессивно-неврологический характер, Он определенно не делает вас виновными или ответственными за них» (там же, с. 89).

Гештальт-терапия (от нем. Gestalt — фигура, образ, целостность, личность) — направление в психотерапии, основные идеи и методы которого разработал Фредерик Перлз, Лаура Перлз и Пол Гудман. Основными принципами являются стремление к расширению осознания своих истинных потребностей, актуальность (концентрация внимания на настоящем) и принятие ответственности за происходящее в своей жизни. Изначально гештальт считался одним из трёх современных ему направлений экзистенциальной терапии, наряду с экзистенциальным анализом Л. Бинсвангера и логотерапией В. Франкла. Концептуально гештальт-терапия неотделима от гуманистической и экзистенциальной психологии.

Гештальттерапевт фокусирует внимание клиента на осознании процессов, протекающих в каждый момент настоящего времени. Посредством этого гештальттерапия развивает осознанность, ответственность и восстанавливает способность к переживанию своих реальных эмоций и чувств. Методы гештальттерапии направлены на развитие восприятия клиентом собственного образа как целостного в всех сферах его жизни (пентаграмма С. Гингера). И все же здесь также нам следует ввести некоторые ограничения на использование техники гештальтерапии. Например, многим известна знаменитая молитва гельташтиста: «Я живу в этом мире не для того, чтобы соответствовать твоим ожиданиям. И ты живешь в этом мире не для того, чтобы соответствовать моим ожиданиям. Ты – это ты. А я – это я. И если нам случилось встретить друг друга – это прекрасно. А если нет – этому нельзя помочь» (Ф. Перлз, 1951). Такая отстраненность от проблем других людей не подходит христианскому психотерапевту, тем более экзистенциальная направленность на абсолютный произвол человеческой воли.

Итак, различные психологические школы изучают человека с разных сторон, но считают свой метод единственно правильным. Вместо этого христианская психология создает определенный синтез между ними, отводя каждой законно принадлежащее ей место и дополняя их всех собственной методологией, ориентирующейся на духовную реальность. Об этом Б. Братусь сказал следующее: «Используя прозвучавшую на конференции метафору профессора Нельсона Малони, необходимо «как?» светской психологии соотнести с «почему?» христианства. Причем здесь можно не начинать сразу с введения предельных христианских постулатов. Вполне возможно как с опоры соединения светского и христианского начать с критериев нравственного развития, с нравственности, этики, то есть с того, с чем согласятся многие светские психологи и что одновременно не противоречит совести христианского психолога» (Братусь Б.С. Христианская и светская психотерапия // Московский Психотерапевтический Журнал. (Спецвыпуск) №4, 1997).

По этой причине обобщенное название «христианская психология» и «христианская психотерапия» охватывает две категории специалистов. Во-первых, профессиональных психологов и психотерапевтов, которые наследуют христианские ценности, исповедуют христианство, но выступают как специалисты не в религиозных, а в психологических отраслях в зависимости от обстоятельств могут прибегать к помощи Евангелия. Во-вторых, это христианские наставники, консультанты — выпускники факультетов религии и философии, консультируют в общинах, учебных и культурных центрах за всем кругом религиозных, этических, ценностных и мировоззренческих вопросов, не будучи служителями церкви (А.Ф. Бондаренко, 1997).

5. Специфика христианской психологии.
Христианская психология признает абсолютные принципы нравственности и является сознательной ориентировкой на христианский образ жизни человека, христианское понимание ее сути. Она делает упор на необходимость духовного развития, на посильное приближение к идеальному образу поведения, или, если речь идет об аномалиях, то говорит об отклонении от этого пути и способах их коррекции (Б.С. Братусь, 1997; А.Ф. Бондаренко, 1997). Христианская психология отстаивает позицию, что Бог сотворил человека по Своему образу и подобию и, что призвание христианского психотерапевта состоит не только в предоставлении ситуативной психологической помощи, но и в том, чтобы «посвятить себя служению человечеству, в котором можно проявить нашу любовь к Богу» (цит. по: А. Бондаренко, 1997, с. 105).

Как в нашей стране, так и в России в этом направлении делаются лишь первые шаги. В России создана Ассоциация христианской психологии, которую возглавил профессор МГУ Борис Братусь. Обосновывая необходимость данного направления, ученый замечает, что в христианской культуре центральным посредником, образом и воплощением человеческой сущности является фигура Христа. Он является не только Спасителем, но и образцом поведения, а также надеждой нашей культуры; та цель, выше которой ничего невозможно поставить и ниже которой нельзя опускаться. Нормальное развитие рассматривается Б. Братусем как реальный опыт наследования деяний Христа.

Отвечая на возражения, что введение религиозного понимания души может уничтожить психологию из-за того, что безмерное не может удержаться в ограниченном, научно исследуемом, Б. Братусь говорит: если понимать психологию как инструмент достижения человеческой сущности, тогда этическое, богословское понимание этой сути не является препятствием, а наоборот — важнейшим условием научных разработок. Душа в религиозном смысле не вмещается в психологию, не растворяет психологию в себе, религиозные и психологические уровни не сводятся друг к другу, не подменяют друг друга, но их взаимное признание, установление связи является условием и формой их живого отображенния (Б. Братусь , 1997, с. 86-89). Видными православными психологами являются Л.Ф. Шеховцова и Ю.М. Зенько, имеющие много научных публикаций на эту тему.

Христианская психология опирается как на ряд очевидных библейских истин, так и на ряд относительных истин, выраженных в Писании не столь ясно, как первые. К неоспоримым библейским истинам относятся следующие положения:
1.    Человек является созданием Божьим, что предполагает обладание определенным смыслом и целью его существования. Следовательно, он сам и его жизнь обладает безусловной ценностью и вполне оправданы с точки зрения Творца.
2.    Человек обладает сложной природой, включающей в себя духовный и материальный компоненты. Материальное существование само по себе не означает оппозиции духовному существованию, но совместимо с ним. Материальные потребности призваны к согласованию с духовными.
3.    Человек создан свободным, а значит морально ответственным существом. Поэтому ему предъявлены моральные и духовные требования, выраженные в совести, природе и Писании. Индивидуальная человеческая жизнь не является сама по себе иллюзией или злом, но призвана к свободному сотрудничеству с Богом.

Христианских психологов часто просят определить свое отношение к различным методам работы секулярных психологов. В частности они пытаются узнать отношение к некоторым дилеммам, например рациональности-иррациональности. Христианская психотерапия включает в себя оба эти психологические явления: первое в виде следования объективным библейским истинам (и лишь в редких случаях интуиции, связываемой с воздействием Духа Святого), второе в виде подчинения требованиям любви. В целом эти два полюса в христианской психологии взаимно обуславливают друг друга. Что касается других чувств, то христианин призван следовать разуму, в противоположность созданию опоры на ощущения, эмоции и бессознательные процессы. Поскольку последние призваны подчиняться требованиям разума, то и изменяются вследствие его трансформации: “Преобразуйтесь обновлением ума вашего, чтобы вам познавать, что есть воля Божия, благая, угодная и совершенная” (Рим. 12:2). В этом смысле руководство Духом Святым христианин воспринимает лишь на условии полного согласия с Библейским Откровением. Поэтому даже интуиция должна выполнять подчиненную роль, эмоции и чувства проистекать из разума и сознательно принимаемых решений. По этой же причине христианскую психологию нельзя назвать субъективистской. Она также опирается не на подсознание, а на сознание человека, а, стало быть, предполагает мотивацию и придающая большое значение творчеству, моральному, эстетическому, интеллектуальному.

Холистическая-элементаристская дилемма (холистический – от англ. «целый»). В христианской психологии человек воспринимается в его целостности, в единстве его физического, психологического, социального и духовного уровней. Остальные школы психотерапии сосредоточиваются или только на психологическом уровне, или исключают уровень духовный. В таком случае человек получается редуцированный, усеченный, ущербный. Поэтому христианскую психологию следует считать холистической. Она также включает в себя и социализацию, и персонализацию как два уровня отношений: личный и общественный. Сказанное имеет отношение и к биологизаторству-социологизаторству, но не ограничивается ими.

Об учете роли наследственности в христианской психологии следует сказать особо. Библия учитывает роль наследственности, так как признаёт, что мы созданы по образу Божьему, а также имеем врождённый грех. Однако наследственность или природная склонность к добру или к злу не тождественна предопределенности и фатализму, ведь Бог не принуждает к добру, а также освобождает человека от греха при условии, если последний соглашается сотрудничать с Ним. Поэтому христианская психология требует постановки диагноза, а также имеет оптимистический прогноз лечения эмоциональных и иных травм.

По поводу дилеммы “партнерский-патерналистский” подходы христиане признают оба эти полюса. Уникальность христианской модели психотерапии в том, что в ней имеется не один, а два терапевта: видимый человек и невидимый Бог. При этом можно допустить даже и то, что человек, выполняющий функцию терапевта, отсутствует, а клиент получает исцеление благодаря прямому общению с Богом через Его Слово и Святого Духа. В любом случае с человеком, оказывающим психологическую помощь, устанавливаются равноправные, братские отношения (партнерская модель), а по отношению к Богу предполагается послушание и признание Его Господства и своей зависимости (патерналистская модель).

Сказанное относится и к дилемме “усложненная-упрощенная” методики. В наиболее важных вопросах (учение о Личностном и Моральном Боге, греховности человека и пути заместительного спасения) Благая весть проста, так что может быть понятна даже ребёнку. Христос говорил: “Если не обратитесь и не будете как дети, не войдете в Царство Небесное” (Мф. 18:3). По всем остальным вопросам, в Благой вести есть глубина и высота, недоступная обычному человеку, не обладающему особой Божьей помощью. Поэтому здесь имеется большая потребность в наставниках. Поэтому Христос призывал учеников как к мудрости, так и к простоте: ”Будьте мудры, как змии, и просты, как голуби” (Мф. 10:16). Апостол Павел писал: “Братия! не будьте дети умом: на злое будьте младенцы, а по уму будьте совершеннолетни” (1 Кор. 14:20). Поэтому на сложных библейских темах неверующие люди претыкаются, но не замечают очевидной ясности простых истин Писания. “А мы проповедуем Христа распятого, для Иудеев соблазн, а для Еллинов безумие” (1 Кор. 1:23). “Ибо когда мир своею мудростью не познал Бога в премудрости Божией, то благоугодно было Богу юродством проповеди спасти верующих” (1 Кор. 1:21).

“Новаторская-традиционалистская” методики. С одной стороны, христианская терапия носит явно новаторский характер. Иисус Христос в Своём земном служении проявил Себя величайшим революционером: “Дивились учению Его, ибо слово Его было со властью» (Лк. 4:32). «Никогда человек не говорил так, как Этот Человек” (Ин. 7:48). Для неверующих и для атеистической психологии учение Христа звучит непривычно, новаторски, и порой даже чуждо. С другой стороны, это традиционное, самое старое учение, существующее от создания мира, поскольку опирается на абсолютные моральные ценности, которые людям свойственно забывать.

Предполагает ли христианская психотерапия трансфер или перенос? Христианская психология не предполагает переноса по отношению к человеку, оказывающему психологическую помощь, но предполагает его по отношению к Богу в том смысле, что имеется в виду появление зависимости от Бога. Христианская психология также оставляет клиента свободным от зависимости от человеческого психотерапевта, потому что исцеленный должен понимать, что исцеление пришло не от него, а от Бога, и потому тянуться только к Нему.

Христианская психология является глубинной, поскольку предполагает возможность осознать, принять в себя и решить такие глубинные проблемы, которые кажутся неразрешимыми. В частности, полное избавление от сильнейших зависимостей, от угрызений совести из-за непоправимого зла, причинённого другим, боль от утраты умерших близких, страх перед смертью и др. “Слово Божье проникает до составов и мозгов и судит помышления и намерения сердечные” (Евр. 4:12).

6. Агенты психической деятельности.
Хотя полностью отделить их один от другого невозможно, к физическим потребностям имеет прямое отношение подсознание или «Оно», к душевным – человеческое «Я» или «Эго», к духовным – совесть или «СуперЭго».

«Эго».
Общеизвестно, что в основе поведения человека лежит его собственное представление о себе, а не представление о нем других людей. При этом не обязательно человеку принимать себя таким, каким он является, поскольку он должен изменяться к лучшему, по крайней мере в моральном своем облике. Тем не менее, психологические черты его характера невозможно изменить. Например, если он весел по натуре и любит шутить, то ему ничего нельзя с собой поделать. Равным образом, если человек уныл по природе, то он остается таким и по всей жизни.

Незнание особенностей личности человека, особенно его «эго» мешает проведению успешной психотерапии. Человеческая воля или самость имеет как положительную, так и отрицательную ценность. Стремление к независимости полезно тогда, когда на человека действует отрицательное моральное влияние, и, напротив, оно вредно, когда его призывают к добру. Однако в любом случае, если личность человека не уважают, она начинает противиться любому влиянию, даже если оно и доброе.

Имея в виду это свойство человеческой воли, нужно помнить, что любое обличение или наставление нужно предлагать человеку в непринудительной (и, не дай Бог, в высокомерной) форме и спокойной эмоциональной окраске. Начинать разговор следует из упоминания всего положительного, что сделал этот человек, и лишь затем делать ему замечание, разумеется, в мягкой или даже мимоходной манере. В противном случае приложенные усилия будут напрасны.

Каким бы ни был человек плохим с виду, нужно уметь найти в нем что-то хорошее, чтобы противопоставить всему его злому. Абсолютных злодеев не бывает, есть лишь злодеи, плохо осознающие свое злодейство. Если же поступить с ними сдержанно, в какой-то подходящий момент это всплывет в их памяти и может устыдить виновного. В любом случае чувство самоуважения или собственного достоинства не всегда означает надменную гордость, поэтому нужно научиться отдавать ему должное в любое время. Именно это чувство самодостоинства позволяет человеку иметь стыд за свои проступки и стараться не уронить свое лицо в собственных глазах, глазах других людей и Бога. Поэтому самоуважение следует отличать от эгоизма, который делает человека центром всей вселенной, а не одним из участников ее. Фактически, эгоизм – это преувеличенное самолюбие, не знающее никаких пределов.

Карл Роджерс утверждает, что основная проблема в жизни каждого человека состоит в понимании и принятии самого себя. Однако сам он не в состоянии сделать это и потому нуждается в том, чтобы кто-либо другой понял его и не принял таким, каков он есть. Как только его примут и полюбят таким, каким он есть, то те болезненные симптомы, с которыми он борется всю жизнь, будут сняты этим пониманием и принятием самого себя. Поэтому человеку нужды друзья, которые могли бы выслушать его и понять его чувства, желания и мечты. По методу Роджерса, только друзья способны помочь человеку узнать самого себя и принять себя таким, каков он есть. При этом он исключает призывы к моральному изменению. С этим можно согласиться лишь на первых порах, пока пациент не вылечится, или при условии, что сама болезнь не вызвана моральными причинами. Человек не всегда является жертвой обстоятельств или предубеждений, очень часто именно от него самого зависит то, как будут относиться к нему люди. Очень часто истинная любовь состоит в том, чтобы выйти за рамки собственного «я», и, обратив внимание на других, проявить заботу об их счастье и полноте их жизни. Оба эти действия – отдача и самоуважение – должны быть согласованы друг с другом, а не решать свои проблемы за счет другого. Поэтому метод Роджерса может применяться лишь на определенных условиях.

Подсознание.
Ученые говорят о существовании двух уровней психической деятельности человека – сознательном и подсознательном. Они названы так, поскольку о содержании того, что находится на уровне сознания, мы знаем, а содержание подсознательного нам остается неизвестным. Эти два уровня нашего сознания, можно сравнить с жилым и подвальным помещениями дома. Когда что-то из нашей мебели ломается и становится негодным, мы предпочитаем убрать его с глаз долой, пока не придет время заняться этим, и переносим в подвал. Так же обстоит дело с нашим сознанием. Когда нам что-то не нравится и нам неприятно, эти негативные впечатления вытесняются в область нашего подсознания и там накапливаются.

Однако в нашем подсознании накапливается не только отрицательная информация (из нашего детства, или любого рода неприятные эмоции), в нем сохраняются и многие полезные привычки, например, музыкальные или филологические навыки. Разумеется, беспокоит нас именно негативные эмоции, запечатленные в нашей нервной системе. Поэтому подсознание нам нужно научиться использовать с пользой, а не во вред себе. Заболевания, связанные с работой подсознания, происходят тогда, когда из него под влиянием нервной перегрузки самопроизвольно выходят наружу скрытые некогда побуждения. Это проявляется в виде вспышек раздражительности, гнева, страха, неполноценности и даже вины.

Эти подсознательные импульсы выражаются в сновидениях, а также могут выйти наружу в состоянии опьянения, когда контроль сознания над подсознанием ослабляется. В пьесе Т.Е. Элиота «Вечер с коктейлями» изображается подвыпивший человек, доверительно беседующего с психиатром на вечеринке с коктейлями. Он признается перед психиатром о своем самом заветном желании: «Пожалуйста, помогите мне обрести чувство собственного достоинства». Поэтому и существует пословица: «Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке».

По этой причине в психоанализе иногда пользуется гипноз и даже наркотики, однако самым распространенным остается все же метод так называемых свободных ассоциаций. С помощью психоанализа пациент ищет связи между своими сегодняшними мыслями и воспоминаниями о своем прошлом, некоторые события в котором могли оказать серьезное влияние на чувства, испытываемые им в настоящее время. Психоаналитик также стремится к правильной интерпретации сновидений пациента, так как их материалом в основном служит содержание бессознательного, поскольку сознательная часть мышления в течение сна остается неактивной.

Психоанализ прав в том, что мы очень часто не понимаем мотивов наших поступков и тех глубоких причин, которые вызывают наше беспокойство. В нашей жизни мы очень часто испытываем давление всевозможных желаний, таящихся в нашем подсознании. Желание быть любимым, значительным, желание быть в согласии с самим собой очень часто может оказывать глубокое влияние на наше поведение и на взаимоотношения с другими людьми, даже тогда, когда эти желания нами совершенно не осознаны. Однако реагируем мы на подсознательные импульсы по-разному. Например, мы можем подсознательным переносить на других наши собственные нужды. Например, если мы хотим чувствовать себя более значительными, то мы будем стремиться к доминированию, к господству над другими. Однако, если бы нас спросили о причинах нашего такого поведения, то мы совершенно искренне и чистосердечно настаивали бы на том, что эти другие люди нуждаются именно в таком обращении с ними, ибо это делается для их же собственного блага. В действительности же мы переносим на отношения с окружающими нашу собственную подсознательную потребность.

«СуперЭго».
В определении этого понятия христиане расходятся с мнением З. Фрейда. Хотя оба эти подхода связывают его с совестью, но последняя у Фрейда формируется общественными представлениями о поведении человека, тогда как христиане считают ее абсолютным моральным знанием или Божьим голосом внутри каждого человека. Впрочем, совесть является лишь законодательным, но не исполнительным органом власти в природе человека. Поэтому она оказывает ограниченное воздействие на вопрос регулирования поведения человека. Если постоянно игнорировать требования совести, ее голос в конечном счете угаснет, возможно навсегда. Такие люди будут способны на любые преступления.

Впрочем, из-за амбивалентности чувств, это вовсе не означает того, что люди с духовными проблемами не могут иметь в себе ничего доброго. Напротив, они долгое время способны играть две роли, переключаясь с нормального режима на анормальный под влиянием различных обстоятельств и факторов. Если такое поведение является результатом осознанного выбора человека, оно не является патологическим. Но если такое переключение ролей не осознается самим человеком, это уже признак серьезной патологии, т.н. синдром «раздвоения личности». По этой причине часто маньяков трудно распознать: дома и на работе они ведут одну (обычно благопристойную) жизнь, а во время преступлений – другую, ей противоположную. Этим же объясняется почему, например, Гитлер был хорошим семьянином и гражданином, а нацисты, например, одновременно убивали людей с нечеловеческой жестокостью, но в то же самое время были заботливыми мужьями и даже строили в концлагерях скворечники для птиц.

7. Основные потребности человека.
Как мы уже отмечали выше, существуют различные взгляды на природу человека. Хотя в этой области христианского богословия мы уверены меньше, чем в других, мы придерживаемся убеждения, что упрощать человеческое естество более опасно, чем усложнять. Поэтому имеет смысл отстаивать трихотомический взгляд на природу человека, согласно которому естество человека состоит из трех частей: тела, души и духа. При этом важно отметить, что человек не отличается от животных в области тела, частично отличается от животных в области психологии и совершенно отличается от животных в области духа.

Такое деление позволяет нам различать в нем три вида проблем: медицинские, психологические и религиозные. К медицинским проблемам относятся нарушения соматического характера (проблемы со сном, координацией движений, восприятием, памятью, сенсорики, речи), к психологическим – нарушения функций интеллекта (сомнения, слабоумие), чувств (подсознательная деятельность, навязчивые эмоции) и воли (слабоволие, уступчивость), отражающиеся на выполнении социальных функций, к духовным – нарушения нравственного, эстетического и религиозного характера (суициды, преступления, злоупотребления). Разумеется, психически здоровый человек может вести аморальную жизнь, коррекцией которой обычно занимаются педагоги и специалисты по этике.

Таким образом, к основным потребностям человека относятся физические, психологические и духовные. Хотя христианская психотерапия призвана решать лишь психологические проблемы, тем не менее поскольку в чистом виде последние встречаются редко, консультантам приходится решать все наличествующие проблемы одновременно, либо отправлять пациента к конкретному специалисту. В любом случае, им следует иметь элементарные познания во всех областях человеческой жизни.

Физические потребности.
Среди основных физических потребностей человека нас, прежде всего, интересует потребность в отдыхе, разгружающем его нервную систему. Нервы нуждаются в отдыхе так же, как и мускулы. Поэтому без надлежащего отдыха они могут быть либо вялыми, либо взвинченными. Определенным способом снятия нервного напряжения является обычное воображение и мечтательность, поскольку сознательная деятельность утомляет нервную систему больше, чем бессознательная. С другой стороны, нервы могут чрезмерно возбуждаться, например, определенными цветами (красным). При раздражении человек может либо много есть, либо много работать, причем совершая бессмысленный труд. Часто причиной раздражительности является излишняя чувствительность человека к некоторым вполне нормальным раздражителям. Таким образом, существует два вида нервных проблем: усталость («пассивное» нервное заболевание) и возбуждение («активное» нервное заболевание). Конечно, в детстве нервы очень впечатлительны, а в старости – вялы, поэтому детская раздражительность часто объясняется переходным возрастом.

Усталость лечится хорошим сном, приятным общением и отдыхом на природе в сельской местности (тишина). Иногда приходится стимулировать нервную разгрузку медикаментозными средствами лечения. Различные нервные заболевания лечить исключительно сном и отдыхом невозможно, поскольку сон от этого страдает в первую очередь. Поэтому нервные заболевания являются самой частой причиной многих психологических проблем  (лунатизм, сомнамбулизм). Здесь необходимо сдерживающее нервную возбудимость медикаментозное и даже психотерапевтическое лечение, конечно же, в комплексе с отдыхом. В любом случае, один отдых также вреден для нервов, поэтому нужно периодическое его чередование с умеренной деятельностью.

Основными проявлениями нервной системы являются: ощущение, восприятие (внимание), память. Не каждое ощущение становится в человеке восприятием, не каждое восприятие фиксируется в памяти. Поэтому, например, память основана на восприятии и ощущениях, но выходит за их пределы. Если проблеме удалось проникнуть в память (т.е. подсознание), то человек обычно сам себе помочь не может. Если на человека долгое время действуют отрицательные факторы (гнев, раздражение, упреки) большой интенсивности и периодичности, они непременно отражаются на его подсознании, связанном с памятью. Если путем управления своим вниманием избежать отрицательных последствий этих факторов не удается, необходима защита от них и серьезная психокоррекция. Важно здесь отметить то, что благодаря памяти проблемы в области психологии возникают не только без нашей на то воли, но и вопреки ей. Гете было достаточно лишь представить себе цветок, как он тут же наблюдал неконтролируемые изменения его формы и игры цветов. Одни и те же чувства (радость) могут вызываться либо физиологическими (алкоголь), либо психическими агентами (удача).

Поскольку двумя видами нарушений в работе нервной системы являются подавленность и возбуждение, эти нарушения имеют свои параллели в таких же противоположных по своему характеру расстройствах эмоциональной сферы человека: угнетенность (усталость нервной системы) и раздражительность (перевозбуждение нервной системы). Люди с подавленными эмоциями обычно обладают заниженной самооценкой, а раздражительные лица – завышенной самооценкой. Это сказывается, прежде всего, на межличностных отношениях. Поэтому те же проблемы в социальной сфере проявляются в виде агрессивности и конформизма. Четыре вида темперамента (сангвиник, флегматик, холерик и меланхолик) в различной степени подвержены обоим этим эмоциональным расстройствам.

Раздражительность.
Раздражительность обстряет у нас обычно тогда, когда у нас не получается достигнуть поставленной цели из-за различных непредвиденных проблем. В таком виде она является естественной реакцией на неудачу, поскольку связана с нашими неосуществившимися ожиданиями. Когда же не мы контролируем раздражительность, а она нас, тогда и начинается болезнь. Чаще всего эта болезнь бывает на почве нервного перенапряжения, но длительное и устойчивое ее состояние может перерасти в психическую проблему, когда человек оказывается агрессивным постоянно.

Когда у человека оказываются неудовлетворенны его базовые потребности, отрицательные переживания могут накапливаться в его подсознании, а потом извлекаться оттуда бесконтрольно, т.е. без каких-либо видимых причин. Например, непрощенные обиды накапливаются в подсознании и при любом удобном случае выплескиваются наружу. Иногда мы говорим: «Он согнал на нас зло, поскольку ему испортил кто-то настроение». Когда человек не может удовлетворить свою потребность в любви и признании, он развивает в своем подсознании чувство своей ничтожности, бесполезности и ущербности.

Всегда существует некоторый разрыв между нашими потенциальными возможностями и их фактическим обнаружением. Никто из нас никогда полностью не реализует все свои возможности и не в состоянии идеальным образом осуществить свои самые лучшие намерения. Поэтому иногда полезно как умерить свои аппетиты, так и ограничить свои планы. Обоих целей помогает достигнуть христианская скромность или умеренность в потребностях. Тогда не придется переживать много даже при наличии слабых нервов.

Подавленность.
Подавленность или обостренное чувство неполноценности – довольно распространенная эмоциональная травма. В этом состоянии человек ощущает себя в каком-то отношении или в целом ущербным и неудачливым. Элементарным видом провинности является осознание себя постоянным неудачником, однако именно наша неудовлетворенность может быть стимулом для духовного роста. Мы не призваны достигнуть какой-то определенной вершины святости, одинаковой для всех. У каждого из нас свои возможности и способности, поэтому важно только, не останавливаясь, двигаться вперед.

В противоположность жертвам комплекса вины, человек, страдающий комплексом неполноценности, мучим не столько ощущением своей нравственной порочности, сколько чувством собственной беспомощности, никчемности, несостоятельности. Например, он может ощущать в себе нерешительность, колебания, слабохарактерность, неспособность преодолевать житейские трудности и т.п. Это может случаться по той причине, что ему не позволили найти себя в каком-то любимом занятии и не раскрыли его скрытые способности.

Недопустимо, чтобы родители вешали постоянные ярлыки своим детям: «Вот видишь, с тобой произошло то же, что и всегда!», «Ты снова в своем репертуаре!» и т.п.

Эти слова показывают, что родители относятся к своему ребенку как к обременительному грузу, которого бесполезно учить добру, а нужно только принуждать к нему силой. Поэтому они держат его в состоянии подчинения всемогущей воле родителей, бросая тем самым в его душу семена комплекса неполноценности. Опасно, когда ребенок начинает верить в то, что вся ценность его как личности и все его достоинства состоят лишь в уважении желаний и удобств его родителей. Отсюда он инстинктивно приходит к выводу, что сам по себе он ничего не стоит.

Поскольку под лозунгом «воспитания» родители часто маскируют свое собственное стремление избежать любого неудобства и беспокойства, они должны быть готовы к тому, чтобы терпеть некоторые вызванные естественными для детей раннего возраста далеко неприятными действиями (медлительность, рассеянность, забывчивость, неаккуратность при еде, беспорядок в комнате, почерченные обои и т.п.). Вместо того, чтобы поучать ребенка словами, лучше использовать его стремление к подражанию и подавать ему пример поведения. Поскольку ребенок в большей степени является подражателем, чем мыслителем, нужное поведение достигается без каких-либо укоров и поучений, большей частью эмоционально негативных из-за частых повторений. Поэтому мы не учим своих детей при помощи слов, например, как надувать шарик, а просто показываем им, как это делается, и они с легкостью повторяют это действие. Подобным образом стоит ребенку узнать, как более удобно и быстро можно сделать то или другое дело, как оно вдруг оказывается для него не только не обременительным, но даже и интересным. Здесь родителям нужно подключить свою смекалку и воображение.

Душевные потребности.
Душевные потребности делятся на интеллектуальные, творческие, коммуникативные и эмоциональные. Первые две потребности доминируют у мужчин, две последние – у женщин. Что касается интеллектуальных потребностей, то в мужчине и женщине они проявляются различным образом. Мужчина слишком расчетлив и рационален, поэтому мыслит глобально и проницательно, женщина же познает мир таким, каким он предстает ей в пяти органах чувств. Поэтому творчество мужчины более сложное, чем у женщины, но он задается многими абстрактными вопросами, лишь отдаленно относящимися к реальной жизни. Творчество же женщин намного практичней и потому многообразнее. В общении мужчины более пассивны и скупы на слова, женщины – активны и многословны. Свои эмоции мужчины прячут, а женщины используют смело.

Наибольшую проблему в психотерапии составляют проблемы коммуникативные и эмоциональные.

Специфические проблемы физической природы.
Психические заболевания делятся на неврозы, психопатии и психозы, хотя неврозы (неврастения, истерия, фобии или невроз навязчивых состояний) имеют нервную, а не психическую природу. Тем не менее, они также влияют на психику, поскольку закладываются в подсознание в ранние детские годы (до семи лет). Неврозы относятся к обратимым расстройствам, которые лечатся средствами психотерапии. Органические изменения мозга при неврозах отсутствуют, но имеют место при психозах. Психопатии занимают промежуточное положение между неврозами, не влияющими на сознательное поведение человека, и психозами, когда это имеет место. Психопатии лечатся при помощи психотерапии лишь частично, психозы требуют специального (т.е. психофармакологического) лечения. Постоянная изменчивость настроения может смениться его устойчивым понижением, т.е. депрессией.

К переходным психическим заболеваниям (психопатиям) относятся:
1. циклоиды – циклическая смена настроения (от нескольких часов до нескольких месяцев).
2. шизоиды – замкнутость, бесчувственность, апатия.
3. эпилептики – приступы гнева, склонность к скандалам.
4. астеники – повышенная впечатлительность, эмоциональная уязвимость.
5. психастеники – неуверенность в себе, патологическая склонность к обдумыванию.
6. параноики – повышенное самомнение, ложная гениальность.
7. истерики – привлечение к себе внимания, выставления себя только с лучшей стороны, театральность манер.

К лечению проблем, связанных с деятельностью нервной системы, можно применять методы бихевиоризма. Методы лечения, используемые фрейдизмом, применяются в случаях осложненного детства. В целом же эта методология должна применяться с осторожностью, поскольку в духовных вопросах происходит нечто обратное тому, что предполагает фрейдизм: дети рождаются с повышенным моральным чувством, но в негативном социальном окружении набираются многих вредных привычек, которые начинают действовать в них вопреки их сознанию. Личностная терапия (ЛЦТ) склонна считать все проблемы человека не связанными с его личной ответственностью, а вызванными неблагоприятной социальной средой. Но, если личный компонент вины отсутствует, она может и должна использоваться в практике христианского консультанта.

Коммуникативные проблемы.
Обычно эти проблемы касаются людей застенчивых, имеющих какие-то физические или психологические недостатки, комплекс неполноценности, считающих себя неудачниками, не умеющих выразить свои мысли другим людям, боящихся большой аудитории и т.п. Большей частью они испытывают чувство одиночества по причине неправильного воспитания или заниженной самооценки. Поэтому у них нет или совсем мало друзей. Как правило, это люди, не имевшие в детстве братьев и сестер, или жившие в изоляции от других детей. Им же свойственен и эгоизм, часто подавляющий интересы других в свою пользу.

Этих людей нужно научить строить взаимоотношения с другими путем обучения искусству уступок (для лиц с повышенной самооценкой) или преодоления своей робости (для лиц с заниженной самооценкой). Имеющих недостатки нужно научить пользоваться скрытыми преимуществами своего положения и реализовать себя творчески в тех видах деятельности, которые доступны им. Неумение уступать ведет к разрыву отношений, поэтому человек должен научиться хвалить не столько себя, сколько и других. Стараться услужить другому и сделать для него что-то приятное. В этом взаимообмене создается дружеская атмосфера, имеющая длительный характер. Поэтому часто в этих вопросах нужно работать над своим характером, чем подстраивать других к своим интересам.

Джон Пауэлл писал в одной из своих книг: «Нельзя забывать, что мы способны использовать других людей ради собственного успеха, ради удовлетворения наших глубоких и трепетных человеческих потребностей, и при этом мы можем ошибочно полагать, будто это и есть настоящая любовь. Молодой человек, признаваясь в любви девушке, нередко может ошибаться, принимая за настоящую любовь простое удовлетворение своих эгоистических потребностей. Девушка, видя, что ее одиночество заполняется обществом и вниманием этого молодого человека, также легко впадает в ошибку, принимая испытываемое ею эмоциональное удовлетворение за любовь».

Лучшим способом найти себе друзей является осознание сути дружбы, которая должна состоять в отдаче себя другому, а не в его использовании. Учась делать это, человек начинает привлекать к себе внимание. Налаживается контакт, заводится дружба, возникают устойчивые личностные взаимоотношения. С другой стороны, важно искать себе друга по общности интересов, тогда между друзьями устанавливается длительное общение. Наконец, если удается достигнуть каких-то результатов в общем творчестве, дружба становится наиболее прочной.

Наконец, если человек лишен многих возможностей из-за каких-либо тяжелых заболеваний или инвалидности, он может рассчитывать на любовь со стороны своих близких и знакомых. При этом он не перестает оставаться уникальной личностью. Иногда мы шутливо говорим кому-нибудь: «После того как Бог вас сделал, Он разбил форму, в которой отливал вас, чтобы в нас не было двойника». И действительно – каждого из нас Бог отливал в уникальной форме даже если мы – сиамские близнецы.

Поскольку любить в наибольшей мере могут именно верующие люди, важно обездоленным людям привить веру у Бога как настоящего Друга. Нельзя забывать, что Божья заповедь для всех людей состоит в том, чтобы они любили «ближнего своего как самого себя». Поэтому любовь – это не чувство, это – сознательный выбор самоотдачи другому вплоть до самозабвения. Еще одно изречение Пауэлла: «Трудно семени упасть на землю и умереть для себя – но без этого оно не сможет жить жизнью любви».

Верующие люди любят друг друга по-особому – жертвенно, «как Я возлюбил вас». Поэтому в верующей среде даже инвалиды не будут совершенно одиноки. Приняв Бога как Бога любви, человек никогда не станет торговаться с ним, но отдаст Ему свою любовь по доброй воле. Американский священник и психотерапевт Джон Пауэлл однажды сказал: «Встретить Бога в других людях – наиболее драгоценный момент в диалоге между Богом и человеком». Итак, коммуникативные проблемы решаются при помощи нормализации самооценки и налаживания межличностных отношений.

Эмоциональные проблемы.
Наибольше проблем существует в эмоциональной сфере, поскольку негативные чувства способны накапливаться в подсознании человека, создавая внутри его сознания дискомфорт, подавленность, различного рода страхи или, напротив, раздражительность, агрессию, ненависть. Обычно более рациональные по своему складу ума мужчины страдают эмоциональными проблемами меньше, чем женщины, тем не менее, из-за эмоциональных расстройств женщин, они также подвергаются этому виду проблем.

Существует несколько факторов, влияющих на эмоциональное состояние людей: возраст, пол и темперамент. О каждом из них нужно знать самое главное каждому. Поэтому мы поговорим об этом особо.

Возраст.
Многие наши привычки (как добрые, так и злые) закладываются в нашем детстве. При этом мы имеем в виду не наследственные привычки, а приобретенные. Наши отношения с родителями бывают различными. Отец обычно строг и требователен, а мать – снисходительная и отзывчива. Но сами дети перенимают и отцовские, и материнские качества в различной пропорции. Отсюда происходит проблема «отцы-дети». Отец может воспитывать ребенка, думая, что он похож на него или на мать, психологию которого он знает хорошо, однако конкретный ребенок может быть похож на дедушку или бабушку, причем родителей не отца, а матери. Поэтому методы родительского воспитания могут не соответствовать психологии ребенка, так что он может либо поддаваться чрезмерному давлению со стороны отца, либо восставать против него. Эта проблема касается и «мягких» методов воспитания, осуществляемой матерью. Если детям оказывать чрезмерное внимание, они вырастают эгоистичными, капризными, безынициативными, неприспособленными к реальной жизни.

Уровень самоубийств среди американцев наиболее высок в возрасте от 18 до 21 года. Почему? Потому что юные души входят в жизнь неподготовлено, с иллюзорными ожиданиями, и жизнь быстро расправляется с ними. С другой стороны, они резко осознают противоречие между косностью реальности и моральными ценностями, разрешить которое без религиозного начала не в состоянии.

Недопустимо разворачивать куколку гусеницы принудительно и преждевременно, поскольку она сразу же погибнет. Подобным же образом нельзя требовать от ребенка того же, что и от взрослого, но повышать ответственность по мере его взросления. Даже взрослые иногда ведут себя как дети. Из-за отсутствия поощрения и нежности в детстве у многих развивается замкнутость и даже неврозы. В основе невроза лежит нарушение способности человека устанавливать хорошие отношения с другими людьми, идти им навстречу и принимать их такими, какие они есть без боязни быть ими отвергнутыми.

Согласно сложившемуся мнению психологов, основные свойства нашей личности формируются на протяжении первых семи лет жизни. Совершенно очевидно, что основные психологические особенности, проявившиеся у любого из нас к семи годам, неизменно сохраняются на протяжении всей последующей жизни. Очевидным также является и то, что психологические «рубцы», оставшиеся после тех или иных событий, произошедших с нами в течение первых семи лет, сохраняются на всю жизнь. После этого возраста уже больше не возникают психологические проблемы, оказывающие столь же серьезное влияние на всю последующую жизнь. Получается, что в огромной мере наше «я» формируется окружающими нас людьми, которые нас любят или отказывают нам в любви в ранние годы нашей жизни.

Воспитывая ребенка нужно поддерживать трудный баланс между строгостью и снисхождением, чтобы, вырастая, ребенок мог познавать в себе как достоинства, так и недостатки и четко определять как сильные, так и слабые стороны своего характера. Однако начинать исправлять его нужно лишь после того, как он будет способен осознавать необходимость своего исправления. Если же он не будет понимать не просто то, что от него требуется, а именно то, почему это следует делать, он будет относиться к себе как к несмышленому ученику.

Пол.
Половая принадлежность имеет прямое отношение к поведению каждого человека. Однако в области психотерапии важные не столько физиологические, сколько психологические особенности половой принадлежности. Разумеется, изменить свою половую принадлежность человеку нельзя, причем даже трансексуалы меняют свой пол лишь физически, но не психологически. Поэтому важно знать основные качества и особенности своего пола.

Проблемы пола имеют две разновидности согласно двум типам сексуального поведения: излишняя раскованность и излишняя стеснительность. Первый вид проблем присущ красивым людям, способным легко завладеть чужим вниманием, второй вид – некрасивым или лицам, имеющим какие-то физические или психологические недостатки. Первые самоуверенны и горды, вторые – скромны и замкнуты. Первые могут быть либо слишком доступны для лиц противоположного пола, либо диктующие свои условия. В обоих случаях раскованный тип сексуального поведения имеет меньше психологических проблем, чем стеснительный.

В коммуникативной сфере вопросы пола отражаются в различии между мужской рациональностью и женской чувствительностью. Это выражается в виде различных интересах и темах любимых разговоров, видах хобби и методах воспитания детей.

Темперамент
Темперамент – это унаследованный характер человека. Он имеет два показателя: активность и эмоциональность, которые зависят от ряда физиологических и психологических параметров конкретного человека,  причем не только от особенностей центральной нервной системы, но и даже от различий в строении тела и черепа. Существует четыре вида темперамента: сангвиник (сильный и уравновешенный), холерик (сильный и неуравновешенный), флегматик (слабый и уравновешенный), меланхолик (слабый и неуравновешенный), однако в каждом присутствует в разной мере не одно, а два качества: активность и постоянство (способность к самоконтролю, настойчивость, усидчивость, инертность). При этом в своем чистом виде каждый из этих темпераментов фактически не встречается. Имеется лишь преобладание этих двух характеристик в разной пропорции.

Важно отметить, что все эти виды темперамента не характеризуют мировоззренческую или моральную сторону человеческой личности, но могут либо благоприятствовать ей либо противодействовать. Разумеется, среда и воспитание могут лишь окрасить темперамент в тот или иной цвет, но не изменить его существенным образом. Поэтому исправление своих детей, друзей или супругов в этом отношении бесполезно. Их нужно принимать как данность. При комплектации рабочих групп желательно учитывать все эти виды темперамента, поскольку они компенсируют недостатки друг друга, и в случае образования супружеских пар также.

Основные  психологические расстройства.
Существует несколько психологических расстройств, основными из которых являются следующие: страх и вина. Оба эти явления возникают из-за неудовлетворенности определенных потребностей человека, которые он пытается либо игнорировать, либо представлять в искаженном или сокрытом виде. Большей частью сам человек облекает свою проблему в созданный самим собой образ, зачастую ошибочный из-за влияния подсознательных факторов (наследственности, воспитания, отрицательного опыта и т.п.). В задачи терапевта входит снятие этих маскировок, обнаружение настоящей проблемы и предложение путей ее разрешения на этом основании.

Страх.
Страхи бывают разные: от боязни тараканов до страха смерти. Интенсивность страха бывает также разная: от легкой обеспокоенности до психиатрических фобий. Существует, например, немало людей, которые, прежде чем лечь спать, обязательно заглядывают под кровать. Другие не могут долго находиться в замкнутом, закрытом помещении (клаустрофобия). Третьи отчаянно боятся высоты (акрофобия). Не всегда, но довольно часто, в основе этих явлений лежит эмоционально отрицательный опыт детства.

В целом мы боимся того, чтобы не оказаться раздавленными жизнью, которая ошибок не прощает. Но молодежь обычно так далеко не рассуждает до тех пор, пока не поймет жизнь с худшей ее стороны. Обычно мы боимся рисковать, резких перемен и всего неизвестного. Поступая в школу или институт, мы боимся знакомства с новым коллективом. Однако наибольше всего мы боимся угроз нашему существованию и всему, что с ним связано – боязнь потерять друга, лишиться здоровья, работы или душевного равновесия. Вот почему, находясь в физических страданиях, человек перестает любить, а значит и жить полноценной жизнью. Но значительно тяжелее переносятся страдания душевные, когда человек боится оказаться отвергнутым, непонятым, ненужным.

Особым видом страха является страх наказания перед Богом, однако такой страх угрожает лишь тем грешникам, которые не желают сложить свои грехи у ног Иисуса и объявить им беспощадную борьбу. Поэтому избежать этого страха легко путем покаяния и примирения с Богом, Который обязывается не вспоминать наших грехов и оказывать нам помощь в борьбе с ними. Верующий человек по этой причине боится уже не гнева Бога, а огорчить Его своим поведением. Очень часто неутвержденные души во всяком своем согрешении усматривают «хулу на Духа Святого», однако такие опасения являются ложными. До тех пор, пока они осознают свою вину, они не могут согрешить таким видом греха, поскольку именно Дух Святой обличает их в этом.

Вина.
Значительно больше, чем страхи, человеку причиняет эмоциональную боль чувство вины. В этом состоянии человек переживает постоянное тягостное чувство собственной вины.

Психоаналитики убеждены в том, что патологическое чувство вины не связано с сознательной деятельностью пациента. Иными словами, человек испытывает ложное чувство вины, т.е. комплекс вины ни с какой фактической, действительной виновностью никоим образом не связан, поскольку его происхождение восходит, как правило, к такому возрасту, когда настоящая серьезная вина просто невозможна. Тем не менее, необходимо вначале исключить вероятность истинной виновности посредством исповедания той вины перед Богом в молитве покаяния, которую человек знает за собой. И лишь после этого лечить возможное наследие трудного детства. Разумеется, опасно требовать признания вины при ее отсутствии. Например, женщина может неоправданно винить себя за то, что ее муж – алкоголик, или за смерть своего ребенка, который умер не по ее вине.

Известно, что аллергики могут задыхаться от кашля при одном виде искусственной розы или картины на экране телевизора, изображающей пыльную сцену (заметание улицы и т.п.). Нечто подобное происходит с людьми, которые очень мнительны и «чувствуют свою вину на любом месте». Воображаемая вина может быть настолько сильной, что потребуется медикаментозное лечение. Совесть таких людей обостряется по ложным позывам, так что они не могут руководствоваться ею правильным образом. Например, в Новом Завете именно такие люди осуждали других за то, что те ели идоложертвенную пищу без исследования.

Нередко своим происхождением комплекс вины обязан, как правило, чрезмерной строгости родителей, которые объясняют свою требовательность желанием вырастить детей дисциплинированными и послушными. Однако, если такие настойчивые требования становятся нормой родительского поведения, то у детей на всю жизнь может остаться душевная травма от такого «воспитания» в виде комплекса вины. Поэтому родители должны понимать, что не все из моральных наставлений ребенок может воспринять адекватно, тем более, сказанное в грубой форме.

Очень важно помнить, что дети мыслят совсем не так, как взрослые. Например: разгневанный отец обрушивается на своего маленького сынишку: «Ты отвратительный мальчишка! Ты перебежал через улицу! Я же говорил тебе, чтобы ты не смел этого делать!» Ребенок еще не умеет мыслить в категориях причины и следствия, чтобы понять, почему маленьким детям нельзя переходить улицу одним. Однако из отцовской отповеди он удержит лишь одно: он – отвратительный мальчишка. Нечто подобное происходит и в отношении к вопросам пространственной и временной ориентации, которая у детей, особенно маленьких, очень слабо развита. Поэтому это нормально, если ваш ребенок что-то разливает, разбивает и ломает, или не помнит, забывает и пропускает свое время. В этом возрасте ему лучше не давать таких сложных заданий, застраховываясь различными способами от возможных последствий.

Наконец, необходимо так или иначе давать ребенку понять, что его все равно любят даже тогда, когда его ругают или наказывают. Не сделав этого, наказание в состоянии раздражения или озлобления почти всегда, если не просто всегда, сказывается отрицательно на психике ребенка. Нередки бывают случаи, когда мама вычитывает еле научившегося ходить малыша на пляже, чтобы он не лез в воду. Однако, поскольку ребенку все это интересно, он не может понять, почему его так сильно ругают. Если это будет происходить сильно часто, он и вырастит с чувством постоянной вины, даже если на этот раз он и будет понимать, что не виноват.

Духовные потребности.
К духовным потребностям относятся моральные, эстетические и религиозные потребности. Моральные и религиозные проблемы являются наиболее сложными. От них зависит способность человека понимать прекрасные чувства (любовь), излагать их при помощи художественных изобразительных средств (искусство, литература и т.д.), а также вести активную моральную деятельность (отказ от употребления спиртного, курения, ведения паразитического образа жизни, способность платить за свои убеждения неудобствами жизни, страданиями и преследованиями).

Полноценное духовное преображение возможно только при помощи воздействия со стороны благовествования Христова и пасторского душепопечительства, однако подготовка к нему может входить в задачи христианской психологии. При этом основная ставка делается на работу совести. И хотя основная масса неверующих людей не имеет веры в Библейского Бога, некоторые из них могут верить в бессмертие своей души и в Бога как Творца этого мира, а значит и искать естественный смысл жизни.

Обретением такого смысла занимается логотерапия Виктора Франкла. Она апеллирует к способности человека выйти за пределы собственного эгоизма и сугубо физических интересов. Конечно, для неверующего человека целью жизни может стать лишь обретение подлинной дружбы, для сохранения которой, конечно же, должна быть готова и другая сторона. Но даже если при помощи христианской психотерапии будет достигнута только эта цель, имя Божье все равно будет прославлено на земле, поскольку Бог рад любому приближению человека к добру и истине. Конечно, мы не должны останавливаться на достижении этой цели, но вести своего клиента дальше, к пониманию полноценного смысла жизни, состоящего в подражании Богу.

Определенную ценность в этом отношении имеет и учение о доминанте Ухтомского. Ухтомский, прежде чем пойти в науку, окончил Московскую духовную академию со степенью кандидата богословия. В отличие от З. Фрейда, Алексей Алексеевич Ухтомский (1875-1942) учил, что скрытые мотивы поведения могут осуществляться механизмом, связанным с настоящим, а не с прошлым опытом человека. Действие этого механизма он и называл «доминантой». «Домината – это растревоженное, разрыхлённое место нервной системы, своего рода “съёмка”, к которой пристаёт всё нужное и ненужное, из чего потом делается подбор того, чем обогащается опыт». Неудивительно, что чем человек увлечен, то ему даже снится на подсознательном уровне. «В высших областях жизни доминанта выражается в том, что все побуждения и произведения мысли и творчества оказываются проникнуты одною скрытою тенденцией, проникающей во все детали».

Иными словами, то, как мы воспринимаем мир, находится в зависимости от наших собственных целей, интересов и ценностей жизни. «Наши доминанты стоят между нами и реальностью. Общий колорит, под которым рисуются нам мир и люди, в чрезвычайной степени определяется тем, каковы наши доминанты и каковы мы сами». Доминанта или установка может как помогать нравственному развитию личности, так и препятствовать ему. «Благодаря всегдашнему присутствию доминантной установки в деятельности нервной системы последняя (и именно пока она деятельна) всегда влечёт некоторую “субъективность” своего носителя относительно ближайшей среды, ибо не даёт ему заметить в этой среде того, что он заметил бы при другой установке».

Концентрация внимания на одном предмете ведет к ослаблению этого внимания на другом, а иногда и к полной его потере: «Вот сейчас, когда мы здесь беседуем в освещённой комнате среди знакомых и оживлённых лиц, умирает множество людей на земном шаре, в Европе и здесь, в Ленинграде, близко от нас… Но мы с вами, трактуя здесь о реальности и реальных людях, совсем не учитываем этой несомненно сейчас текущей реальности совсем около нас. И нам даже немного неприятно и больно сдвигать свою мысль и нашу текущую доминанту в эту неожиданную сторону. Мы от неё “абстрагировались”, чтобы рассуждать здесь. Каждую минуту нашей деятельности огромные области живой и неповторимой реальности проскакивают мимо нас только потому, что доминанты наши направлены в другую сторону». Ухтомский умер в блокадном Ленинграде.

Таким образом, мы должны контролировать свои увлечения, чтобы, с одной стороны, оставаться развитыми всесторонне, но, с другой, не перейти той границы, где мы можем оказаться рабами какой-то одной идеи, несвязанной со всеми остальными. Обычно каждый является специалистов в одной выбранной им области знаний или опыта, однако есть необходимость иметь хотя бы общие представления и о других, не менее значимых для нас областях. Разумеется, мы не можем охватить вниманием абсолютно все стороны человеческой жизни, но главные из них мы можем и должны удерживать в своем сознании. От нас только требуется не распылять его на второстепенные вещи. Это главное и есть смысл жизни.
Дарить себя другому – это элементарный уровень обретения смысла жизни, поэтому любовь является понятием, сближающим между собой сверхъестественное Божественное Откровение и естественную потребность людей в смысле жизни. Дать людям ощутить на себе эту любовь, хотя в слабом приближении к любви Божьей, и является задачей христианской психотерапии.

8. Методика христианского психоконсультирования.
Процесс психологического консультирования имеет четыре стадии:
1. Установление контакта с клиентом (выслушивание, опрос, наблюдение);
2. Оценка проблем клиента (диагностика, классификация и систематизация проблем);
3. Техника консультирования (предложение решений проблем);
4. Контроль над состоянием клиента (оценка и закрепление терапевтического эффекта консультирования).

Установление контакта с клиентом.
Поскольку люди с типом неполноценности обычно молчаливы, уходит много времени, чтобы они разговорились и смогли открыть себя терапевту. Они боятся своей уязвимости и того, что их проблемы неправильно поймут. Люди агрессивного склада ума, напротив, очень разговорчивы, поскольку винят всех вокруг и вся, кроме самих себя.

Проведенный опрос жалоб и чувств (зачастую неосознаваемых самим клиентом, т.е. имеющих скрытые для него самого причины) предоставит терапевту или духовнику материал, который он должен обработать на следующем этапе своей работы. Терапевт при этом должен учитывать следующие рекомендации:
1.    подготовить клиента для откровенной беседы, располагая его доверием.
2.    никогда не перебивать разговор своего клиента. Вопросы задавать только в конце беседы, ведя запись по ходу свидетельства клиента.
3.    Не задавать прямых вопросов, опираясь на поспешные предположения. Опрос должен носить непринужденный характер, чтобы терапевт мог иметь несколько доказательств своим предположениям, а не в одно или два, чтобы убедиться в их истинности.
4.    Внимательно следить за невербальной информацией клиента и его реакцией на наводящие вопросы.
5.    Не доверяться слишком услышанной информации, поскольку сам клиент может иметь неправильные представления о своей проблеме.

Оценка проблем клиента.
Терапевт должен уметь разглядеть за полученной информацией определенные закономерности поведения своего клиента, подобно тому, как это делает опытный детектив (см. Шерлок Холмс, отец Браун и другие). Нужно постоянно иметь в виду тот факт, что в большинстве межличностных проблем виновно ущемление чувства самолюбия в виде различного рода обид. В основе многих коммуникативных проблем лежит либо завышенная, либо заниженная самооценка. В основе эмоциональных проблем могут лежать либо излишние запросы, либо опыт неудач, либо страхи, имеющие подсознательную природу. Особенно распространены проблемы, связанные с депрессией, которая может привести даже к суициду. На депрессию могут указывать следующие признаки: тоска, удрученное состояние, безынициативность, страх, тревога, вина, отчаяние.

Техника консультирования.
Поскольку, сталкиваясь с неблагоприятными факторами, сознание конкретного человека реагирует на них не одинаковым образом, подходы к лечению психологических проблем – разные. Поскольку существует два типа людей (раздражительных и подавленных), имеется и вида психологических проблем: раздражительность и подавленность. Соответственно способы терапии будут зависеть от того, чье поведение именно необходимо корректировать. В целом же методика работы с обоими типами клиентов одинакова.

Очень часто мы не понимаем истинной сущности своей личности и потому стараемся приписать себе не свойственные нам роли или отгородить себя от необходимости измениться. Эти стены и маски – способы самозащиты от неудобных вопросов, и мы будем жить за этими стенами и носить эти маски до тех пор, пока они будут казаться нам необходимыми. Несмотря на внешние удобства от такого положения, мы теряем контакт с теми людьми, которые могли бы нам помочь, и постепенно теряем свою аутентичность, то есть перестаем быть сами собой. Следовательно, мы лишаемся возможности совершенствовать свою личность.

Мальчуган, идущий в полночь через темное кладбище, насвистывает песенку, чтобы убедить самого себя и своих товарищей, что он нисколько не трусит. Другой мальчуган, мечтающий стать звездой баскетбола, идет на цыпочках, всеми силами стремясь казаться таким, каким он, к его огромному огорчению, еще не стал. Однако мудрый психотерапевт в состоянии увидеть за притворной и претенциозной маской беззащитное или ранимое сердце, которое с помощью этих приемов лишь защищает себя от еще больших ранений. Тем не менее, он не станет грубо разоблачать эту фальшь как лукавство, притворство и лицемерие, поскольку знает, что за этими благополучными фасадами скрыты крики боли и жажда быть понятым и любимым. Большинство неприятных качеств, которые мы видим в других, являются результатом той или иной формы защиты и обращенности исключительно на самого себя. Прямые атаки на оборонительные сооружения приводят лишь к необходимости еще большего укрепления их. Задача психотерапии вернуть человеку самого себя. И это достигается посредством т.н. эмпатии или сочувствия к личности самого клиента.

Роджерс прав в том, что основной нашей потребностью является потребность в друге. Человеческая дружба – это нечто гораздо более значительное, чем просто общение одного человека с другим. Дружба предполагает способность человека разделить с другим свое внутреннее содержание, раскрыть себя другому человеку, которого мы называем своим другом.  Она предполагает возможность доверить другому наши тайны и в свою очередь быть готовым к откровенности другого. Дружба – это человеческая связь, которую Мартин Бубер называл встречей «я-ты». Разумеется, чтобы наша дружба была крепкой, каждый ее участник должен обладать правильной самооценкой, учитывающий как сильные, так и слабые черты своей личности. Помочь сформировать ее может постановка вопросов: «Кто такой я?», «Какими возможностями я располагаю?» и «Чем я занимаюсь?» Если ответы на эти вопросы нас не удовлетворяют, мы должны задать следующие: «Кем я могу стать?», «Что я могу приобрести?» и «Что я могу сделать?». И даже если я – инвалид, и ничего не могу уже сделать и очень малым могу обладать, я все же кем-то являюсь, и этого никто отобрать от меня не может. Создавать себя изнутри можно даже при сильной внешней ограниченности (см. лауреат Нобелевской премии без рук и ног).

Контроль над состоянием клиента.
Положительные результаты психотерапии требуют обязательного закрепления. Если не проконтролировать устойчивости лечебного эффекта, пациент может снова вернуться в прежнее состояние. Например, даже запах спиртного может повредить тому человеку, которому удалось вырваться из пут этого дурмана. Подобным же образом следует регулярно звонить тем лицам, которые изъявили желание контролировать их пристрастие к порнографии, пока они не смогут самостоятельно порвать с этой зависимостью. В любом случае, для только что исцелившихся необходимо создать максимально благоприятные условия для закрепления терапевтического эффекта, а также особый круг лиц, могущих поддерживать с ними общение на соответствующие темы.

Мы не говорим уже о том, что некоторые психологические проблемы изживаются годами, что требует специальной подготовки их родственников, друзей и неравнодушных к ним людей. Например, это напрямую относится к проблеме одиночества. Одиночество характеризует человека, которому сложно найти себе друзей и поддерживать с ними устойчивое общение. Основной причиной межличностного одиночества является либо слишком заниженная (чаще), либо слишком завышенная самооценка (реже).

Человек с заниженной самооценкой считает себя в каких-то отношениях неудачником, или обделенным некоторыми способностями, что затрудняет его общение с другими людьми (отсутствие привлекательности, телесные недостатки и т.п.). Ему необходимо понять, что каждый человек уникален как по своему жизненному опыту, так и по своим врожденным качествам. Поэтому он должен определить свои личные предпочтения и попытаться найти себе единомышленников. Ему вовсе не следует пытаться дружить с теми, кто не воспринимает его убеждений, ценностей или увлечений.

Достаточно иметь одного или двух друзей, чтобы поддерживать с ними дружбу. Сказанное вовсе не означает того, что общность между друзьями должна быть полнейшей. Они могут отличаться друг от друга по темпераменту, знаниям и опыту, однако иметь что-то общее, конечно, не только в области досуга, но и творчества (спорт, музыка, литература). Но кто-то должен стать для таких людей другом, чтобы помочь им снова не окунуться в омут одиночества.

Заключение
Выше мы познакомились с тем, что представляет собой Христианская психология.

Здесь мы постараемся выразить ее суть.
1) Мир состоит не только из материальной, но и духовной видов реальности. Реальным существованием обладают не только люди, но и ангелы, в том числе злые (бесы). Поэтому в распоряжении людей находятся не только естественные возможности, но и сверхъестественные, причем как добрые, так и злые. Ряд психиатрических заболеваний причиняются духовными силами. Например, шизофрения и криптогенную эпилепсию не имеет материальных причин (см. Д.А. Поберский. Материализм и проблемы психиатрии / Человек и христианское мировоззрение. Альманах. Выпуск №2, Симферополь, 1997, с. 83-85; Сазерленд Дж. Возвращение «души» в психологию / Христианство, гуманизм, здоровье. Материалы международного симпозиума. Симферополь, 1995, с. 70-74). Библейское описание одержимых бесами людей соответствует проявлению симптомов психосоматических заболеваний в современной медицине (например, повержение на землю, скрежетание зубами, испускание пены и цепенение, описанные в Мк. 9:17-27, проявляются при эпилепсии; скорченность и паралич в Лк. 13:11-12 – при кататонической шизофрении). Разумеется, лечение таких больных должно сопровождаться постом, исповеданием и особой молитвой, согласно Мк. 9:29 и Иак. 5. Целительным эффектом обладают такие духовные ресурсы, как молитва, самоконтроль, исповедание, укрепление веры через назидание из Библии, участие в церковных таинствах, церковном поклонении и духовном возрастании, практическое применение любви и взаимопомощи.
2) Человек имеет духовные, а не только физические запросы. По Библии, человек создан по образу и подобию Божьему, которое в определенной мере не устранимо даже посредством грехопадения. По этой причине лечение души включает в себя христианский ответ на вопрос о смысле жизни человека и определение источника упования и надежды.
3) Человек является свободным существом, а не только жертвой обстоятельств. По этой причине нельзя объяснить его поведение строго рационально, или причинно.
4) Человек является морально испорченным существом, а не просто ошибающимся. По этой причине к лечению души неизбежно должно применяться и покаяние за не отдельные грехи, а весь греховный образ жизни.
5) Бог заинтересован в оказании помощи каждому человеку во всей полноте его запросов. По этой причине человеку должно быть предложено библейское утешение, содержащееся в Библии.
Выше сказанное демонстрирует нам то, чем не является Христианская психология.
1) Настоящие христиане должны заниматься духовным служением, а люди с меньшей верой — светской работой. Библейский ответ: Божественная благодать «многоразлична» и «многообразна», так что отдельные ее проявления не вступают между собой в противоречие, но взаимно дополняют друг друга. Действие Духа Святого в определенной мере распространяется и на неверующих людей, поэтому естественное и сверхъестественные проявления Божьей воли в этом мире нельзя противопоставлять друг другу.
2) то, что в Библии ясно не регламентировано, является ложным или сомнительным. Библейский ответ: Библия определяет основные направления консультации, но не их детальное содержание. Вера не диктует способы, какими фермеры должны сеять, жать и т.д. Евангелие не изменяет их понимания тех вещей, с какими они имеют дело — кукуруза остается кукурузой, а животное животным. Библия выражает свои требования почти исключительно к характеру и интересам фермеров, но мало что говорит о деталях их работы. Поэтому Бог акцентирует Свое внимание на важных вещах, предоставляя людям возможность самостоятельного обучения маловажным.
3) Христианская психология подменяет собой либо пасторское душепопечение, либо другие психологические школы. Библейский ответ: Христианская психология сотрудничает с другими светскими видами психологии, но на собственных условиях. Кроме того, она не дублирует работу евангелистов и пасторов, поскольку лишь подготавливает человека к обращению и не ставит перед собой задачу непосредственного призыва его к покаянию. Ее задача описать естественные нужды, способности и потребности человеческой психики (души). Поэтому как существует христианский подход к медицине, подобным же образом должен существовать и христианский подход к психологии.

psycology

Запись опубликована в рубрике Без рубрики с метками , , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s