Асимметрия в понимании свободы воли в кальвинизме и в арминианстве

Ассиметрия

Асимметрия понимания свободы воли в кальвинизме и в арминианстве.

Гололоб Г.А.

Если свобода воли присуща как Богу, так и Его образу – человеку, тогда важно дать определение этому понятию, применив его одинаковым образом как к одному, так и к другому существам, несмотря на различие их природ. Если свобода воли означает полнейший произвол, тогда в отношении как Бога, так и людей такой взгляд ближе к кальвинистской модели спасения. Если же свобода воли означает не только способность к произвольному выбору, но и ограничение этого выбора, тогда такая модель ближе к арминианству. Давайте рассмотрим две эти возможности понимания свободы воли применимо к Богу и человеку.

Свобода воли как произвол: Божественный аспект.
Если Бог обладает произвольной волей, тогда совершенно никто не способен эту волю ограничить в чем-либо, включая и во зле. Тогда действительно прав Василий Трубчик, который в своем блоге объединил причиняющую волю Бога с Его волей допускающей.
У него получается, что если Бог допустил зло в каком-то смысле, значит оно было Ему нужно, а значит не произойти не могло. Точно так рассуждал и Кальвин, высмеивая не только само понятие «допущение», но и сопутствующее ему «предузнание»: Бог не может предвидеть, или допускать то, что Ему неугодно, но только причиняет все, что существует реально, включая и зло.

Вот что пишет по этому поводу сам Василий: «Трубит ли в городе труба, — и народ не испугался бы? Бывает ли в городе бедствие, которое не Господь попустил бы?» (Амос 3:6). Если Господь попускает бедствие, является ли это злом? Причастен ли Господь из-за этого ко злу? Является ли Он Творцом зла?» Поставленные им в конце данной цитаты вопросы выглядят риторическими, но в действительности должны означать один из двух возможных наборов ответов. Первый из возможных: «Да, поскольку бедствие это зло. Да, Господь причастен к этому злу. Да, Господь является творцом такого зла». Однако, у автора этих комментариев есть и прекрасная возможность инвертировать смысл этих вопросов, превратив его в прямо противоположный: «Нет, поскольку наказание не является злом. Нет, поскольку Господь наказывает, а не причиняет зло беспричинно. Нет, поскольку это нельзя назвать сотворение зла». Однако как именно следует понимать эти слова Василия?

Тем не менее, он продолжает цитировать Библию и делать попутно свои ремарки:
«Господь стал как неприятель, истребил Израиля, разорил все чертоги его, разрушил укрепления его и распространил у дщери Иудиной сетование и плач. И отнял ограду Свою, как у сада; разорил Свое место собраний, заставил Господь забыть на Сионе празднества и субботы; и в негодовании гнева Своего отверг царя и священника» (Плач. 2:5,6). Если Господь сделал все это, является ли это злом или добром? Причастен ли Господь злу?» И снова перед нами та же самая терминологическая катавасия, поскольку за нечеткими формулировками может скрываться какой угодно смысл.

Может быть, в последующих словах уважаемого пастора все-таки появится удобовразумительное объяснение? Читаем последнюю его цитату и комментарий к ней: «Кто это говорит: `и то бывает, чему Господь не повелел быть’? Не от уст ли Всевышнего происходит бедствие и благополучие? Зачем сетует человек живущий? всякий сетуй на грехи свои. Испытаем и исследуем пути свои, и обратимся к Господу» (Плач. 3:37-40).
Как вы объясните все эти библейские высказывания. Если Библия так говорит, значит ли это, что Бог сотворил зло? Можем ли мы сегодня обвинить пророков, что они приписывают Богу участие в злых делах?» И что же можно сказать на это? Все то же уклонение от ответа путем задавания двусмысленных вопросов. Воистину, чтобы уклониться от ясности, необходимо иметь солидное богословское образование! И кальвинисты здесь – общепризнанные мастера хитросплетения слов.

Не найдя у Василия ответов на им же поставленные вопросы, нам остается высказать собственное мнение о приведенных текстах Писания, хотя и так понятно, что они использованы в целях доказательства кальвинистского мнения о том, что Бог каким-то боком все же причастен к происхождению зла. Мне кажется, что нам следует научиться проводить разницу между злом как наказанием Божьим и злом как Его произволом. Приведенные Василием Трубчиком места Писания невозможно использовать для описания такого поведения Бога, когда Он наказывает людей беспричинно. По этой причине оправдать кальвинистское учение они не могут.

Бог не может отправить никого в ад только за то, что отказал им в Своей помощи.
Кроме того, причинение Богом зла в качестве заслуженного наказания нельзя рассматривать и как Божье допущение, поскольку допускается чужое зло, а не собственное. Собственное зло можно лишь причинить. Иное дело условный ли гнев Бога на людей или же безусловный? Но здесь даже и сами кальвинисты боятся сказать то, что гнев Божий имеет безусловный характер. Бог наказывает только грешников. А если это так, тогда как Он может пройти мимо, не оказав помощи каждому грешнику?

Наконец, вопрос о наказании праведников. Здесь Бог испытывает верующего или предостерегает его от возможного греха. Такого рода причинение зла также нельзя назвать безусловным. Хотя степень наказания праведников и грешников разная, нельзя утверждать того, что одних он любит, а других нет, поскольку раньше все мы были грешниками. Избрание же наше произошло на условии нашей веры, которую Бог производит в нас не без нашего участия.

Стало быть, факт условного Божьего наказания и факт допущения Богом чужого зла невозможно использовать для оправдания кальвинистской доктрины. Если же Бог может делать абсолютно все, на что способен, включая и зло, тогда Он перестает быть Библейским Богом, Который делать зло не может по определению. И здесь совершенно излишне поднимать вопрос о зле как наказании. Это посторонний вопрос в данном случае. Здесь уместно говорить лишь о допущении Богом зла, однако в кальвинизме это допущение по кальвинистскому определению ничем не отличается от причинения, т.е. оба они имеют безусловных характер, поскольку воля Бога является чистым произволом, предсказать который наперед не может даже Он Сам.

Свобода воли как произвол: человеческий аспект.
Если признать верной кальвинистскую модель об абсолютном произволе воли Бога, нам тут же придется признать такую же характеристику и по отношению к воле человека. Однако, если в первом случае кальвинисты такую произвол этой воли хвалили, применив его к человеку, они мгновенно изменяют свое о ней мнение на прямо противоположное. Это означает, что произвол в человеческом обличии есть крайняя форма зла, поскольку не способен ни к внешнему послушанию, ни к внутреннему самоконтролю.

Конечно, и здесь арминиане не могут согласиться с данной теорией, хотя она и преломляется о более достоверные факты Библии. Действительно, определенный произвол воли человека был главной помехой для проявления послушания Богу, однако данный подход не учитывает того факта, что та же добровольность или свобода воли нужна человеку для того, чтобы осудить свое греховное поведение и пожелать принять Божественную помощь для исправления его греховного положения.

Стоит ли говорить о том, что Бог просто не может принуждать грешника к спасению – как по Его внутренним (моральным) причинам, так и по причине неэффективности принуждения в деле изменения сознания человека. Конечно, заставить каяться и верить Себе Бог мог бы, не важно как – путем ли гипноза или угрозы наказания, однако это не свойственно Его моральной и святой природе. Зачем Ему запуганные до смерти марионетки? Он прекрасно понимает, что сделать любовь людей недобровольной это все равно что лишить внутреннего смысла самого проявления этой любви.

Следовательно, отрицательный аспект свободы воли человека следует объяснить не путем отрицания положительного ее аспекта, а путем совмещения их обоих. Когда воля избирает делать добро, оно является доброй, а когда обращается к злу, тогда становится злой. При этом в обоих случаях виновна не сама свобода, а злоупотребление ею. Это значит, что произвол человеческой воли должен быть подчинен Божественным ограничениям, но сделать это можно, только управляя самим этим произволом. Стало быть, мы приходим к выводу, что человек, как и Бог, должен обладать властью над собственной волей, вплоть до способности ее удержания в моральной или духовной области проявления. И только когда он этого не делает, его воля становится злой, так что кальвинистский взгляд рассматривает феномен свободы воли слишком локально и односторонне.

Свобода воли как самовластие: Божественный аспект.
Теперь нам следует развить собственную апологетику и ответить на возражения кальвинистов, выдвигаемые против нашей модели понимания свободы воли. Первое из них таково: «Если Божья воля обладает способностью к самоопределению и не может делать абсолютно все, тогда приходится усомниться в Божьем всевластии?» Однако такой вывод не является необходимым. Всевластие не обязательно означает насилие. А для морального способа правления миром Богу даже неоправданно использовать принуждение.

Даже в житейских делах, если мы можем принудить своего сына к чему-либо, но понимаем, что это будет сопряжено с большими издержками, мы всегда отдаем предпочтение непринудительному варианту достижения той же цели, когда тот создает нам меньше проблем, чем первый. Иными словами, если ту же цель можно достигнуть без принуждения, но при меньших проблемах, мы избираем ненасильственный вариант ее достижения.

Говоря проще, чтобы убить муху, не обязательно гоняться за нею с кувалдой. Стало быть, для достижения поставленных перед Богом целей Ему достаточно задействовать лишь часть Своего всемогущества. Может быть, махание кувалдой в борьбе с «мухой» и может придать нам больше авторитетности в сфере демонстрации силы, но это никак не поможет нам поднять свой престиж в сфере разума. Поэтому данное возражение мы объявляем излишним.

Второе возражение похоже на первое: «Если свобода воли Бога есть самоограничение, тогда сможет ли Бог с его помощью устрашить и образумить грешника?» Дело в том, что мы не отрицаем полностью Божественного всевластия и силы, но лишь ограничиваем его использование в ходе человеческой истории. Бог применит Свою силу и всевластие лишь в конце веков, когда Он докажет Свою правоту и неправоту грешника на всеобщем Суде. Но это произойдет не раньше завершения человеческой истории (Ин. 12:47-48). Поэтому способность к наказанию у Бога сохраняется, но Он ограничивает ее умышленно здесь на земле, предоставляя грешнику возможность покаяния. Стало быть, «кальвинистский» Бог очень скор на расправу с грешником, и нам трудно понять, почему Он не наказывает его сразу. Однако «арминианский» Бог не спешит с физической расправой, но пытается вразумить грешника Своим долготерпением и любовью, отсрочивая время его наказания.

Получается, Богу вовсе нет нужды использовать против грешника насилие и Свое всевластие. Напротив, Он знает, что покорить сердце грешника способна только любовь. Поэтому прежде, чем Он решит отправить его в ад, Он предлагает ему милость и прощение, которыми тот способен воспользоваться, если пожелает. Таким образом, Бог достигает сразу две цели: принимающим Его любовь Он дарует вечное спасение, а отвергающим ее – вечное наказание. Никаких проблем наше объяснение свободы воли Бога не причиняет.

Свобода воли как самовластие: человеческий аспект.
Арминианам очень удобно объяснять то, почему Бог не грешит: Он удерживает Свою волю от зла, хотя Он и способен это зло совершить в потенции. Не причиняет никаких проблем наша теория свободы воли и в применении к человеку, живущему на земле: человек обуздывает свой произвол, чтобы не согрешить. Но как быть с волей человека
в случае, когда он согрешает? В данном случае, его воля оказывается не совсем похожей на волю Бога, которая обладает совершенным самоконтролем. Действительно, в некоторой мере согрешение присуще не только грешнику, но и праведнику. И здесь перед арминианами стоит серьезная задача.

Этот вопрос набирает важность не столько здесь, на земле, сколько в вечности, поскольку свобода воли необходимо предполагает какую-то возможность согрешения. Либо там мы лишимся своей свободы воли, либо она будет присутствовать в весьма ослабленной в отношении возможности согрешения форме. Некоторые христиане считают, что в вечности мы даже не сохраним и памяти о грехе, однако такого рода (без памяти о прошлой жизни) сознание уже не будет нашим сознанием. В таком случае мы перейдем в какую-то бессознательную форму существования, однако невозможно предположить, чтобы Бог боролся за свободный наш выбор лишь для того, чтобы затем отнять его у нас, превратив наше поклонение Ему в принудительное, а значит снова-таки в марионеточное. Поэтому нам остается признать некоторую возможность согрешения в небе, сводимую, конечно, к очень малой своей форме, которая не сможет угрожать нашему спасению.

Казалось, мы можем остановиться на этом объяснении, понимая, почему в Новом Иерусалиме будут расти деревья с плодами для исцеления, однако прежде нам предстоит совладеть еще с одной трудностью. «Может ли упорное пребывание в мелких согрешениях превратиться в более крупное, ведущее к полному отпадению от Бога? Иными словами, будет ли возможно отпадение в вечности, т.е. небе?» Теоретически, сделать это возможно, поскольку, как говорил Гегель, количество может перейти в качество. Мало того, это однажды уже имело место в случае с отпадением сатаны.

Известный российский кальвинист Алексей Прокопенко на своем сайте выставил мою цитату: «В Царстве Божьем будет такая же свобода, которая была и до отпадения в нем сатаны». Да, я это действительно сказал, опираясь на то, что законы Царства Божьего неизменны. Но Алексей сделал из нее неправильный вывод об обязательности отпадения, тогда как я утверждал лишь его возможность. Эту разницу нужно также учитывать. Воспользуется ли кто-либо этой возможностью, этого я не знаю. Знаю одно: наша обязанность сохранять Богу верность от нас не будет отнята и там.

Конечно, в раю будут лишь те люди, которые не просто соприкоснулись с добром, но укоренились в нем. Это сводит возможность отпадения к минимуму, граничащему с нулем. Поскольку же там не будет внешних соблазнителей (ни сатаны, ни мира, ни плоти), нам может угрожать там только одна опасность — гордость, которая однажды сделала возможным отпадение в раю сатаны. Коль это имело место в совершенном мире Бога однажды, тогда это может иметь место и в другой раз. Поэтому надобность в упражнении своей верности Богу в жизни верующих не отпадет никогда. Соответственно мы будем нуждаться в Божественной помощи и в небе. Если эта надобность в нашей душе исчезнет, в тот же миг мы подвергнемся искушению остаться в своей борьбе с гордостью без Бога.

Заключение
Итак, мы рассмотрели преимущества и недостатки двух представлений о свободе воли применимо к Богу и к человеку. Мы обнаружили большие проблемы в случае, если свобода воли Бога или человека является абсолютным произволом. В принципе, две абсолютных воли не могут сосуществовать без взаимного самоограничения, что значит, что Бог будет вынужден постоянно порабощать волю человека, причем тем больше, чем больше будет желать Себе свободы. Только представить себе такой мир очень сложно. Но, к счастью, Библейский Бог не столь ревнив, как изображают Его кальвинисты. И это не наше мнение, а свидетельство самого Писания, которое мы оставляем без разбора из-за неимения места и времени в данном случае.

Что касается нашего представления о свободе как самоуправлении, самоконтроле и самовластии, то такой взгляд очень хорошо объясняет тот факт, почему Бог не может делать зла, но плохо справляется с фактом греха в жизни христианина. Это может означать одно из двух: либо христианин должен обладать совершенным самоконтролем и тогда к нему должно быть применено Божественное качество непогрешимости, либо его самоконтроль мы должны признать в наивысшей степени высоким, но несовершенным, что оставляет нам право оставаться Божьим творением с присущими ему природными атрибутами, отличающими его от природы Творца. Очевидно, что у нас нет выбора: человеческое несовершенство останется фактором, ставящим нас в вечную зависимость от Божественного прощения, любви и содействия.

Асимметрия понимания свободы воли в кальвинизме и в арминианстве.

Гололоб Г.А.

Если свобода воли присуща как Богу, так и Его образу – человеку, тогда важно дать определение этому понятию, применив его одинаковым образом как к одному, так и к другому существам, несмотря на различие их природ. Если свобода воли означает полнейший произвол, тогда в отношении как Бога, так и людей такой взгляд ближе к кальвинистской модели спасения. Если же свобода воли означает не только способность к произвольному выбору, но и ограничение этого выбора, тогда такая модель ближе к арминианству. Давайте рассмотрим две эти возможности понимания свободы воли применимо к Богу и человеку.

Свобода воли как произвол: Божественный аспект.
Если Бог обладает произвольной волей, тогда совершенно никто не способен эту волю ограничить в чем-либо, включая и во зле. Тогда действительно прав Василий Трубчик, который в своем блоге объединил причиняющую волю Бога с Его волей допускающей.
У него получается, что если Бог допустил зло в каком-то смысле, значит оно было Ему нужно, а значит не произойти не могло. Точно так рассуждал и Кальвин, высмеивая не только само понятие «допущение», но и сопутствующее ему «предузнание»: Бог не может предвидеть, или допускать то, что Ему неугодно, но только причиняет все, что существует реально, включая и зло.

Вот что пишет по этому поводу сам Василий: «Трубит ли в городе труба, — и народ не испугался бы? Бывает ли в городе бедствие, которое не Господь попустил бы?» (Амос 3:6). Если Господь попускает бедствие, является ли это злом? Причастен ли Господь из-за этого ко злу? Является ли Он Творцом зла?» Поставленные им в конце данной цитаты вопросы выглядят риторическими, но в действительности должны означать один из двух возможных наборов ответов. Первый из возможных: «Да, поскольку бедствие это зло. Да, Господь причастен к этому злу. Да, Господь является творцом такого зла». Однако, у автора этих комментариев есть и прекрасная возможность инвертировать смысл этих вопросов, превратив его в прямо противоположный: «Нет, поскольку наказание не является злом. Нет, поскольку Господь наказывает, а не причиняет зло беспричинно. Нет, поскольку это нельзя назвать сотворение зла». Однако как именно следует понимать эти слова Василия?

Тем не менее, он продолжает цитировать Библию и делать попутно свои ремарки:
«Господь стал как неприятель, истребил Израиля, разорил все чертоги его, разрушил укрепления его и распространил у дщери Иудиной сетование и плач. И отнял ограду Свою, как у сада; разорил Свое место собраний, заставил Господь забыть на Сионе празднества и субботы; и в негодовании гнева Своего отверг царя и священника» (Плач. 2:5,6). Если Господь сделал все это, является ли это злом или добром? Причастен ли Господь злу?» И снова перед нами та же самая терминологическая катавасия, поскольку за нечеткими формулировками может скрываться какой угодно смысл.

Может быть, в последующих словах уважаемого пастора все-таки появится удобовразумительное объяснение? Читаем последнюю его цитату и комментарий к ней: «Кто это говорит: `и то бывает, чему Господь не повелел быть’? Не от уст ли Всевышнего происходит бедствие и благополучие? Зачем сетует человек живущий? всякий сетуй на грехи свои. Испытаем и исследуем пути свои, и обратимся к Господу» (Плач. 3:37-40).
Как вы объясните все эти библейские высказывания. Если Библия так говорит, значит ли это, что Бог сотворил зло? Можем ли мы сегодня обвинить пророков, что они приписывают Богу участие в злых делах?» И что же можно сказать на это? Все то же уклонение от ответа путем задавания двусмысленных вопросов. Воистину, чтобы уклониться от ясности, необходимо иметь солидное богословское образование! И кальвинисты здесь – общепризнанные мастера хитросплетения слов.

Не найдя у Василия ответов на им же поставленные вопросы, нам остается высказать собственное мнение о приведенных текстах Писания, хотя и так понятно, что они использованы в целях доказательства кальвинистского мнения о том, что Бог каким-то боком все же причастен к происхождению зла. Мне кажется, что нам следует научиться проводить разницу между злом как наказанием Божьим и злом как Его произволом. Приведенные Василием Трубчиком места Писания невозможно использовать для описания такого поведения Бога, когда Он наказывает людей беспричинно. По этой причине оправдать кальвинистское учение они не могут.

Бог не может отправить никого в ад только за то, что отказал им в Своей помощи.
Кроме того, причинение Богом зла в качестве заслуженного наказания нельзя рассматривать и как Божье допущение, поскольку допускается чужое зло, а не собственное. Собственное зло можно лишь причинить. Иное дело условный ли гнев Бога на людей или же безусловный? Но здесь даже и сами кальвинисты боятся сказать то, что гнев Божий имеет безусловный характер. Бог наказывает только грешников. А если это так, тогда как Он может пройти мимо, не оказав помощи каждому грешнику?

Наконец, вопрос о наказании праведников. Здесь Бог испытывает верующего или предостерегает его от возможного греха. Такого рода причинение зла также нельзя назвать безусловным. Хотя степень наказания праведников и грешников разная, нельзя утверждать того, что одних он любит, а других нет, поскольку раньше все мы были грешниками. Избрание же наше произошло на условии нашей веры, которую Бог производит в нас не без нашего участия.

Стало быть, факт условного Божьего наказания и факт допущения Богом чужого зла невозможно использовать для оправдания кальвинистской доктрины. Если же Бог может делать абсолютно все, на что способен, включая и зло, тогда Он перестает быть Библейским Богом, Который делать зло не может по определению. И здесь совершенно излишне поднимать вопрос о зле как наказании. Это посторонний вопрос в данном случае. Здесь уместно говорить лишь о допущении Богом зла, однако в кальвинизме это допущение по кальвинистскому определению ничем не отличается от причинения, т.е. оба они имеют безусловных характер, поскольку воля Бога является чистым произволом, предсказать который наперед не может даже Он Сам.

Свобода воли как произвол: человеческий аспект.
Если признать верной кальвинистскую модель об абсолютном произволе воли Бога, нам тут же придется признать такую же характеристику и по отношению к воле человека. Однако, если в первом случае кальвинисты такую произвол этой воли хвалили, применив его к человеку, они мгновенно изменяют свое о ней мнение на прямо противоположное. Это означает, что произвол в человеческом обличии есть крайняя форма зла, поскольку не способен ни к внешнему послушанию, ни к внутреннему самоконтролю.

Конечно, и здесь арминиане не могут согласиться с данной теорией, хотя она и преломляется о более достоверные факты Библии. Действительно, определенный произвол воли человека был главной помехой для проявления послушания Богу, однако данный подход не учитывает того факта, что та же добровольность или свобода воли нужна человеку для того, чтобы осудить свое греховное поведение и пожелать принять Божественную помощь для исправления его греховного положения.

Стоит ли говорить о том, что Бог просто не может принуждать грешника к спасению – как по Его внутренним (моральным) причинам, так и по причине неэффективности принуждения в деле изменения сознания человека. Конечно, заставить каяться и верить Себе Бог мог бы, не важно как – путем ли гипноза или угрозы наказания, однако это не свойственно Его моральной и святой природе. Зачем Ему запуганные до смерти марионетки? Он прекрасно понимает, что сделать любовь людей недобровольной это все равно что лишить внутреннего смысла самого проявления этой любви.

Следовательно, отрицательный аспект свободы воли человека следует объяснить не путем отрицания положительного ее аспекта, а путем совмещения их обоих. Когда воля избирает делать добро, оно является доброй, а когда обращается к злу, тогда становится злой. При этом в обоих случаях виновна не сама свобода, а злоупотребление ею. Это значит, что произвол человеческой воли должен быть подчинен Божественным ограничениям, но сделать это можно, только управляя самим этим произволом. Стало быть, мы приходим к выводу, что человек, как и Бог, должен обладать властью над собственной волей, вплоть до способности ее удержания в моральной или духовной области проявления. И только когда он этого не делает, его воля становится злой, так что кальвинистский взгляд рассматривает феномен свободы воли слишком локально и односторонне.

Свобода воли как самовластие: Божественный аспект.
Теперь нам следует развить собственную апологетику и ответить на возражения кальвинистов, выдвигаемые против нашей модели понимания свободы воли. Первое из них таково: «Если Божья воля обладает способностью к самоопределению и не может делать абсолютно все, тогда приходится усомниться в Божьем всевластии?» Однако такой вывод не является необходимым. Всевластие не обязательно означает насилие. А для морального способа правления миром Богу даже неоправданно использовать принуждение.

Даже в житейских делах, если мы можем принудить своего сына к чему-либо, но понимаем, что это будет сопряжено с большими издержками, мы всегда отдаем предпочтение непринудительному варианту достижения той же цели, когда тот создает нам меньше проблем, чем первый. Иными словами, если ту же цель можно достигнуть без принуждения, но при меньших проблемах, мы избираем ненасильственный вариант ее достижения.

Говоря проще, чтобы убить муху, не обязательно гоняться за нею с кувалдой. Стало быть, для достижения поставленных перед Богом целей Ему достаточно задействовать лишь часть Своего всемогущества. Может быть, махание кувалдой в борьбе с «мухой» и может придать нам больше авторитетности в сфере демонстрации силы, но это никак не поможет нам поднять свой престиж в сфере разума. Поэтому данное возражение мы объявляем излишним.

Второе возражение похоже на первое: «Если свобода воли Бога есть самоограничение, тогда сможет ли Бог с его помощью устрашить и образумить грешника?» Дело в том, что мы не отрицаем полностью Божественного всевластия и силы, но лишь ограничиваем его использование в ходе человеческой истории. Бог применит Свою силу и всевластие лишь в конце веков, когда Он докажет Свою правоту и неправоту грешника на всеобщем Суде. Но это произойдет не раньше завершения человеческой истории (Ин. 12:47-48). Поэтому способность к наказанию у Бога сохраняется, но Он ограничивает ее умышленно здесь на земле, предоставляя грешнику возможность покаяния. Стало быть, «кальвинистский» Бог очень скор на расправу с грешником, и нам трудно понять, почему Он не наказывает его сразу. Однако «арминианский» Бог не спешит с физической расправой, но пытается вразумить грешника Своим долготерпением и любовью, отсрочивая время его наказания.

Получается, Богу вовсе нет нужды использовать против грешника насилие и Свое всевластие. Напротив, Он знает, что покорить сердце грешника способна только любовь. Поэтому прежде, чем Он решит отправить его в ад, Он предлагает ему милость и прощение, которыми тот способен воспользоваться, если пожелает. Таким образом, Бог достигает сразу две цели: принимающим Его любовь Он дарует вечное спасение, а отвергающим ее – вечное наказание. Никаких проблем наше объяснение свободы воли Бога не причиняет.

Свобода воли как самовластие: человеческий аспект.
Арминианам очень удобно объяснять то, почему Бог не грешит: Он удерживает Свою волю от зла, хотя Он и способен это зло совершить в потенции. Не причиняет никаких проблем наша теория свободы воли и в применении к человеку, живущему на земле: человек обуздывает свой произвол, чтобы не согрешить. Но как быть с волей человека
в случае, когда он согрешает? В данном случае, его воля оказывается не совсем похожей на волю Бога, которая обладает совершенным самоконтролем. Действительно, в некоторой мере согрешение присуще не только грешнику, но и праведнику. И здесь перед арминианами стоит серьезная задача.

Этот вопрос набирает важность не столько здесь, на земле, сколько в вечности, поскольку свобода воли необходимо предполагает какую-то возможность согрешения. Либо там мы лишимся своей свободы воли, либо она будет присутствовать в весьма ослабленной в отношении возможности согрешения форме. Некоторые христиане считают, что в вечности мы даже не сохраним и памяти о грехе, однако такого рода (без памяти о прошлой жизни) сознание уже не будет нашим сознанием. В таком случае мы перейдем в какую-то бессознательную форму существования, однако невозможно предположить, чтобы Бог боролся за свободный наш выбор лишь для того, чтобы затем отнять его у нас, превратив наше поклонение Ему в принудительное, а значит снова-таки в марионеточное. Поэтому нам остается признать некоторую возможность согрешения в небе, сводимую, конечно, к очень малой своей форме, которая не сможет угрожать нашему спасению.

Казалось, мы можем остановиться на этом объяснении, понимая, почему в Новом Иерусалиме будут расти деревья с плодами для исцеления, однако прежде нам предстоит совладеть еще с одной трудностью. «Может ли упорное пребывание в мелких согрешениях превратиться в более крупное, ведущее к полному отпадению от Бога? Иными словами, будет ли возможно отпадение в вечности, т.е. небе?» Теоретически, сделать это возможно, поскольку, как говорил Гегель, количество может перейти в качество. Мало того, это однажды уже имело место в случае с отпадением сатаны.

Известный российский кальвинист Алексей Прокопенко на своем сайте выставил мою цитату: «В Царстве Божьем будет такая же свобода, которая была и до отпадения в нем сатаны». Да, я это действительно сказал, опираясь на то, что законы Царства Божьего неизменны. Но Алексей сделал из нее неправильный вывод об обязательности отпадения, тогда как я утверждал лишь его возможность. Эту разницу нужно также учитывать. Воспользуется ли кто-либо этой возможностью, этого я не знаю. Знаю одно: наша обязанность сохранять Богу верность от нас не будет отнята и там.

Конечно, в раю будут лишь те люди, которые не просто соприкоснулись с добром, но укоренились в нем. Это сводит возможность отпадения к минимуму, граничащему с нулем. Поскольку же там не будет внешних соблазнителей (ни сатаны, ни мира, ни плоти), нам может угрожать там только одна опасность — гордость, которая однажды сделала возможным отпадение в раю сатаны. Коль это имело место в совершенном мире Бога однажды, тогда это может иметь место и в другой раз. Поэтому надобность в упражнении своей верности Богу в жизни верующих не отпадет никогда. Соответственно мы будем нуждаться в Божественной помощи и в небе. Если эта надобность в нашей душе исчезнет, в тот же миг мы подвергнемся искушению остаться в своей борьбе с гордостью без Бога.

Заключение
Итак, мы рассмотрели преимущества и недостатки двух представлений о свободе воли применимо к Богу и к человеку. Мы обнаружили большие проблемы в случае, если свобода воли Бога или человека является абсолютным произволом. В принципе, две абсолютных воли не могут сосуществовать без взаимного самоограничения, что значит, что Бог будет вынужден постоянно порабощать волю человека, причем тем больше, чем больше будет желать Себе свободы. Только представить себе такой мир очень сложно. Но, к счастью, Библейский Бог не столь ревнив, как изображают Его кальвинисты. И это не наше мнение, а свидетельство самого Писания, которое мы оставляем без разбора из-за неимения места и времени в данном случае.

Что касается нашего представления о свободе как самоуправлении, самоконтроле и самовластии, то такой взгляд очень хорошо объясняет тот факт, почему Бог не может делать зла, но плохо справляется с фактом греха в жизни христианина. Это может означать одно из двух: либо христианин должен обладать совершенным самоконтролем и тогда к нему должно быть применено Божественное качество непогрешимости, либо его самоконтроль мы должны признать в наивысшей степени высоким, но несовершенным, что оставляет нам право оставаться Божьим творением с присущими ему природными атрибутами, отличающими его от природы Творца. Очевидно, что у нас нет выбора: человеческое несовершенство останется фактором, ставящим нас в вечную зависимость от Божественного прощения, любви и содействия.

Запись опубликована в рубрике Без рубрики с метками , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s