«Откуда у вас вражды и распри?»

Ссора

«Откуда у вас вражды и распри?»

Гололоб Г.А.

Во всем Новом Завете имеется только два места Писания, говорящие о сильной вражде между христианами, завершающейся, как это ни странно звучит, убийством! Вы шокированы? Тогда читайте дальше. Первое вынесено в заглавие нашей статьи, но его следует привести в более полном виде. «Откуда у вас вражды и распри? не отсюда ли, от вожделений ваших, воюющих в членах ваших? Желаете – и не имеете; убиваете и завидуете – и не можете достигнуть; препираетесь и враждуете – и не имеете, потому что не просите. Просите, и не получаете, потому что просите не на добро, а чтобы употребить для ваших вожделений» (Иак. 4:1-3).

Второе представляет собой лишь короткий стих, нигде не объясненный. «Если же друг друга угрызаете и съедаете, берегитесь, чтобы вы не были истреблены друг другом» (Гал. 5:15). Но у него есть контекст, который нам следует также привести: «К свободе призваны вы, братья, только бы свобода ваша не была поводом к угождению плоти; но любовью служите друг другу. Ибо весь закон в одном слове заключается: «Люби ближнего своего как самого себя» (Гал. 5:13-14). Оказывается, угождение плоти в отличие от любви к нашему ближнему имеет непосредственную связь с тем, что называется убийством.

И что же мы можем сказать на эти слова: «убиваете» и «истреблены»? Конечно, здесь идет речь об убийстве не в буквальном смысле, а в духовном (ср. Иак. 3:8; 4:11), но что из них страшнее, об этом стоит подумать. Конечно, словами можно ранить человека эмоционально и даже сделать его психическим калекой на всю жизнь, но иногда эти раны бывают настолько сильными, что однажды спасенный, но соблазненный таким поведением человек уходит в мир, где остывает полностью и погибает. Получается, что от причинения такого рода оскорблений, злоречий и надругательств не свободны даже христиане. А это значит, что существует такое явление как «духовное убийство». О его причинах, характере проявления и средствах защите мы и желаем поговорить в настоящей статье.

Опасности человеческих страстей
Почему-то принято считать, что слова, вынесенные в заголовок данной статьи, относятся только к неверующим людям. Это досадное недоразумение. Дело в том, что греховная природа человека в результате проявления юридического акта Божественного прощения не уничтожается, а лишь утрачивает свою силу вследствие появления противодействия в виде возрождающей силы Духа Святого. Сам факт появления этой силы в жизни человека превращает его — отчужденного грешника — в Божьего сына, и, согласно общепротестантской доктрине, делает его и оправданным, и возрожденным, и спасенным одновременно. Иное дело — вопрос освящения, который кроме юридической своей стороны — прощения грехов, должен иметь также и реальное свое воплощение — преображение в образ Христов (Рим. 8:29).

Итак, весьма ошибочно думать, что в жизни христианина не действуют греховные страсти, что самым очевидным образом подтверждается нашим повседневным опытом. Последний, впрочем, вовсе не говорит в пользу того, что, коль мы испытываем духовную борьбу, значит мы — невозрожденные люди. Напротив, возрождение обычно сопровождается даже усилением этой борьбы, поскольку сатана пускается в погоню за теми, кто вышел из-под его контроля, подобно войску фараона, преследующему вышедших из Египта израильтян. Этот опыт говорит нам лишь о том, что и для возрожденного человека все еще является актуальной борьба с грехом, хотя он и получил свое спасение даром, т.е. не от дел. Божья благодать даровала ему не победу над его греховной природой, а лишь необходимые условия для осуществления этой победы.

В чем же выражаются страсти греховные в жизни христианина? Разумеется, они пытаются сосуществовать с возрожденным духом человека в более благородном виде, чем были до его уверования. Если среди неверующих людей ссоры чаще всего разрешаются при помощи кулаков, охристианизированные страсти бьются словами! Если невозрожденные люди преследуют и убивают друг друга физическими средствами, то христиане — духовными, в смысле психологическими! Если грешники этого мира сражаются друг с другом за портфели в министерствах и других правительственных ведомствах, то верующие люди борются за обладание церковными должностями. Грех при этом не перестает таить в себе большую опасность, принимающую угрожающие размеры в случае духовного небодроствования христианина, ведущего к угашению в его жизни преобразующей силы Духа Святого.

Теперь нам следует выяснить такой вопрос: отражаются ли такого рода проблемы в вопросе личного освящения на возрождении человека? Иными словами, если христианин перестает бороться со грехом, т.е. плотью, миром и сатаной, рискует ли он утратить однажды полученное спасение? Библейский ответ на этот вопрос таков: он действительно рискует утратить спасение, но не по той причине, что не освящается, а по той причине, что не желает этого делать. Т.е. снова-таки решающее значение здесь играют не дела, а намерения человека, поскольку отпасть от спасения можно, лишь изменив тем самым условиям, на которых оно было принято человеком.

Таким образом, отпадение от Бога может произойти не из-за одного лишь отсутствия святых дел, а по причине оскорбления Святого Духа, производящего эти дела. А Дух Святой оскорбляется нашим отношением к Нему, а не самими делами, которые являются простыми производными этого отношения. Эту же мысль можно выразить более понятным языком: если спасение даруется без дел, но на условии желания воспользоваться Божественной помощью, то подобным образом оно и теряется, т.е. по причине отступления от этого желания. Это значит, что это только от церкви отлучают тех людей, у которых нет плодов освящения, но от Бога можно отпасть даже до наступления этого момента, поскольку вначале отступление совершается в сердце и только потом в делах.

Как действуют человеческие страсти
Что же значит предупреждение Иакова в смысле того, как эти страсти работают и каковы они? Страстей в нашей природе столько же, сколько и желаний, но некоторые из них явно доминируют над остальными и составляют их сердцевину. Существует две главных страсти, подчиняющей себе все остальные: гордость и похоть. Проблемой похоти мы предоставим заниматься христианским специалистам по сексуальному поведению, а вот о гордости поговорим сами, потому что этому понятию не уделяется достаточно внимания ни в христианском богословии, ни в душепопечительской практике.

Здесь сразу же следует сделать одно очень важное замечание: гордость во много крат опаснее похоти и каких-либо иных грехов, поскольку в отличие о нее связана не с т.н. «первородным» грехом, обладающим принудительной силой воздействия на тело человека, а с самим самоосознанием человеческой воли (см. «образ Божий»), этому греху столь полным образом не подчиненному вследствие противодействия со стороны т.н. «предварительной» благодати Божьей. Поэтому свободно сделанный грех не подлежит какому-либо оправданию, как грех вынужденный.

В чем же выражается страсть гордости? Прежде всего, во властолюбии. Эгоизм, зависть, обидчивость, непримиримость, враждебность и т.д. — это всего лишь вторичные проявления данного греха. Конечно, гордость следует отличать от самодостоинства, но подменять ее последним понятием недопустимо. Врагу душ человеческих выгодно, чтобы мы не знали своих врагов в лица, сражаясь со следствиями, а не с причиной, с симптомами, а не с самой болезнью, с  вторичными проблемами, а не с главной. Поэтому он старается облагородить этот грех путем его переименования. «Разве не ищет каждый человек блага, прежде всего, себе любимому?» — нашептывает он нам всякий раз. Но почему мы должны искать себе блага лишь путем лишения его другими — по этому вопросу князь демонов предпочитает отмалчиваться.

Неверующим людям настолько нравится грех гордости, что они изобрели для обозначения этой главной человеческой страсти более благородной название — амбициозность. Амбициозный человек любит всегда быть на виду, иметь успех и добиваться своего любыми путями (обратите особое внимание на последнее). Или: самореализация. Разве плохо выражать себя таким путем, каким хочешь ты, а не другие люди? Очень полезное качество! Менее благородное название — эгоизм, но и здесь нам твердят, что эгоизм может быть и не агрессивным: просто человек желает себе больше благ, чем другим. Что же тут плохого? Как бы ни называли гордость люди, ее порочная сущность от этого не изменится. Гордость имеет паразитирующую природу, стремящуюся всегда жить за чужой счет. Если бы это было в ее возможностях, она бы поставила себе на службу весь мир. И в этом себялюбии ее главная опасность.

Мирослав Вольф совершенно справедливо отмечал: «Дело не в том, что наши знания ограничены, и не только в том, что они формируются под влиянием культуры. Наши и без того невеликие познания искажены еще и потому, что мы подавляем истину в стремлении одолеть других и защитить себя» (Вольф М. Презрение и принятие. Черкассы: Коллоквиум, 2014, с. 294-295). Обратите внимание: одолеть других! Но почему нужно обязательно одолевать других? Нам отвечают: потому что везде нас преследуют враги. Почему же все люди должны быть нашими врагами? Нам отвечают: потому что все ищут того же, что и мы, т.е. того, как одолеть других. Но кто заставляет всех людей стремиться одолевать один другого — на этот вопрос у наших оппонентов нет ответа. Но мы его уже знаем. Это — самая хитрая в мире личность, названная в Библии сатаной (с иврита «противник»).

Итак, врагу душ людских особенно важно убедить людей в том, что в мире ведется тайная или явная война всех против всех. Томас Гоббс рекомендовал сдерживать эту войну при помощи власти централизованного правительства, управляющего всеми своими гражданами посредством страха наказания. Однако намного разумнее убедить людей в том, что земные блага лучше не отвоевывать друг у друга, а, наоборот, делиться с ними. Если мне нужен хлеб, это не значит, что я должен его украсть, ведь есть вполне цивилизованные способы его обретения. Если мне нужна работа, это не значит, что я должен добывать ее любыми средствами. Если мне нужен работник, это не значит, что я должен его обмануть. Намного мудрее искать такого средства выживания, которое бы учитывало интересы всех людей, а не меня одного, или лишь моего родственного клана. То же самое можно сказать и о моей организации, моей нации, моей культуры и т.д.

Если взглянуть на гордость более проницательно, то можно заметить, что у ее основания лежат два побуждения: иметь больше (соблазн богатства) и управлять другими (соблазн власти). Если первое желание (господствовать или владеть) касается денег и материальных ценностей, то второе — самих людей. Впрочем, оба эти желания, как два крыла для гордости, вполне взаимно дополняют друг друга. Есть власть, а нет богатства — очень редкая ситуация, например, имеющая место во время осуществления революции (значит, скоро придет и богатство). Есть богатство, а нет власти — такая же переходная стадия владения, присущая дореволюционной ситуации (значит, скоро придет и власть). В итоге, человечество является только тем и занятым, что обязано крутиться в этом порочном круге — либо подготавливать, либо осуществлять насилие. Такова логика человека, избравшего для себя целью удовлетворение ненасытных желаний своей гордости.

Далее у Мирослава Вольфа мы встретили выражение «защитить себя». Это — еще одно изобретение сатаны: коль вокруг одни враги, готовься к защите. А лучшая защита — это нападение, превентивный удар. Вот мы и защищаемся путем нападения! Абсурд? Да, но только не для страдающего недугом гордости. Однако выше мы довели, что враги совершенно не обязаны быть врагами. Быть врагом или другом — зависит не от количества материальных благ, или способа организации общественных отношений или производства. Это зависит от нашего желания — будем ли мы использовать других людей в своих эгоистичных интересах или нет.

Немногие христиане признают большую ценность для всего человечества философии Иммануила Канта (1724-1804). Этот человек показал, что самым рациональным образом поведения для абсолютно всех людей является их добровольное подчинение единой истине, которая вложена Богом в само их сознание в виде совести. Мы же со своей стороны добавим: «и уточнена в Священном Писании». Очевидно, есть факторы, препятствующие тому, чтобы мы правильно поняли эту истину: ограниченность нашего ума, культурные традиции. Но, как справедливо заметил Мирослав Вольф, главной проблемой являются не они, а человеческая гордость, мешающая видеть вещи в правильном свете. Например, совесть нам говорит: все люди предпочитают мир богатству, а гордость противоречит: нет, богатство и власть достойны любой войны. Вот люди и воюют до тех пор, пока будут верить этой лжи.

Поскольку гордости одной хочется устанавливать то, что есть истина, восхищающиеся ею люди создали теорию «морального релятивизма»: мол, истина у каждого своя. Поскольку по второстепенным вопросам человеческой жизни так оно и есть, доводы этих людей (постмодернистов) следовало бы ограничить исключительно культурной сферой. Однако они идут дальше и пытаются нас убедить в том, что и мораль функционирует по тем же законам, что и культура, однако здесь мы с ними согласиться не можем. Грех измены своим обещаниям не может быть благом в одной культуре, и злом в другой, поскольку, будучи моральной, а не культурной категорией, имеет кросскультурную природу. Равным образом проявление помощи или заботы понятно на всех языках и во всех культурах. Этому не следует учиться, поскольку оно вложено в нашу духовную природу Богом при сотворении всех людей. Однако последняя в нашем естестве причудливо переплелась с другой природой — телесной, подверженной принудительному действию «первородного» греха (см. Рим. 7:18-19). Борьбой этих двух природ между собой и объясняется вся проблематичность человеческого существования.

Способы борьбы со страстями
Что же нам делать? Апостол Павел советует: кормите ту природу в себе, которой желаете победы, а требования второй всяческим образом ограничивайте (Гал. 5:16). Итак, первое средство имеет двойной характер: все духовное поощрять, всему плотскому препятствовать. В случае с похотью (здесь мы поможем христианским консультантам по сексуальному поведению) нам следует ограничивать ее неуемные желания, не позволяя им выйти из берегов. То же самое касается и аппетита нашей гордости: нужно всячески его умерять любыми путями. Первые христиане называли это воздержанием, кротостью и смирением своей «плоти» (ср. 1 Пет. 4:1; 1 Кор. 9:25-27).

Но ведь это же аскетизм, который лишил людей стольких невинных благ! Нет, это не аскетизм, а умеренность, например, как в зарабатывании денег, так и в их использовании. А что если нам сделать другой выбор, ведь иметь материальные блага намного выгоднее, чем духовные? Что ж, в таком случае будьте готовы за них сражаться до крови, включая и свою собственную. А это значит, что закон кармы в виде бесконечной цепи пролития крови своей и других людей не прекратит свое пагубное действие. Люди за то, чтобы иметь побольше богатств и власти, готовы принести в жертву самое драгоценное в жизни богатство — свою неповторимую личность. Понимая, безумие этой затеи, богатые и власть имущие люди решили жертвовать не собой, а другими людьми, на плечи которых возложили одновременно две задачи: те становятся обязанными как зарабатывать на них, так и защищать заработанные ими же блага от вероятных врагов. Таким образом, на мировую арену вышел капитализм. Правда, от стадии его империализма и колониализма ему пришлось отказаться, но за это время он награбил себе столько, что ему хватит надолго, да и заодно можно замаскироваться под новым названием «капитализм с человеческим лицом».

И если от неверующего сообщества ничего большего ожидать не приходится, то в христианской жизни гуманным капитализмом дело не обойдется. Действительно, если возможен «капитализм с человеческим лицом», тогда почему  не возможен также и «социализм с человеческим лицом». По большому счету, у социализма даже больше общего с христианством, чем у капитализма, поскольку первый заботится о других людях, а второй — только о себе родимом. Стало быть, христианам следовало бы продолжить социальные реформы, и после падения безбожного и принудительного социализма создать собственный (без атеизма и принуждения), если какая-либо страна осмелится претендовать на название христианской. В истории христианской церкви такому христианскому социализму были прецеденты.

Совет апостола Павла вполне согласуется с советом Иакова (см. Иак. 4:7). Поначалу Иаков советует лишь просить у Бога (следует полагать, сил для борьбы со страстями). А потом уточняет, что помощь придет лишь в ответ на правильную просьбу. Какую? Свободную от эгоизма: «чтобы (не) употребить для ваших вожделений». А для чего же следует просить у Бога свободы от вожделений, вызывающих вражду и распри? Не для себя, утверждает Иаков, а для других. Удовлетворять нужно именно их желание и тогда в ответ можно будет удовлетворить свое. Как же важно понимать, что мы зависим друг от друга, как зависит мир растительный от мира животного, и наоборот!

Но на этом апостол Иаков не останавливается, а разъясняет, что же это такое — «ваши вожделения». Это — «прелюбодейная» дружба в миром, т.е. с ценностями этого мира.  Заметьте, изменить Богу может только однажды заключивший с Ним союз. А потом Иаков обозначает гордость как корень всех проблем: «Бог гордым противится, а миренным дает благодать» (ср. «тщеславие» в ст. 16). Результатом глубокого смирения перед Богом должен стать плач, рыдание и глубокое покаяние (см. «очистите руки, грешники, исправьте сердца, двоедушные» в ст. 8). Одним словом: «Приблизьтесь к Богу и приблизится к Вам» (ст. 8), т.е. «смиритесь пред Господом и вознесет вас» (ст. 10). Таковы условия победы над «плотью» или нашими страстями. Затем Иаков призывает верующих не быть судьями друг другу (ст. 11), а быть исполнителями Божьей воли, на которую только им и следует полагаться во всех жизненных вопросах практического характера, включая и получение прибыли (ст. 13).

Завершает свое поучение апостол Иаков замечательными словами: «Вместо того, чтобы вам говорить: «Если угодно будет Господу и живы будем, то сделаем то или другое», вы, по своей надменности, тщеславитесь: всякое такое тщеславие есть зло» (Иак. 4:15-16). Обращает на себя внимание «если живы будем». Мы так много стараемся для нашей плоти, забывая о том, что она — лишь быстро исчезающий пар. Впрочем, это забывают еще в большей мере, чем адресаты Послания Иакова, современные христиане. Они готовы для своей плоти отдавать столько средств и времени, что по ним трудно сказать, где находится их родина. А ведь апостол призывает ограничивать наши «вожделения», от которых происходят вражда и распри. Нет богатства — не нужно его охранять; нет власти — не нужно ее защищать. Но мы поступаем не так: вначале создаем себе проблемы, а потом не знаем, как их разрешить.

Не об этом ли «угождении плоти» говорит Павел в Гал. 5:13? Именно о нем, поскольку только неуемные аппетиты способны привести к уничтожению своих не только духовных конкурентов, но и ничего не подозревающих об этом «врагов». Мы относим слово «плоть» только к «похоти», однако, как уже было сказано выше, властолюбие и сребролюбие, также присущие «плоти», угрожают нашей духовной жизни больше всего остального. Однако, если прелюбодеев мы легко исключаем из наших церквей, то этого никак нельзя сказать о грехах сребролюбия или властолюбия, которые в последнее время совершают свою «убийственную» работу в наших церквах. Иногда, правда, исключали какого-либо очередного Диотрефа, но и то только тогда, когда он уже успел натворить такого в церкви, что терпеть его уже было невозможно. Различное отношение основано на том, что первый грехи блуда нам осудить легче, чем грехи гордыни, хотя сердце человеческое может быть привязана к власти и богатству куда больше, чем к плотской похоти. Наоборот, похоть может быть несознательным или безвольным порывом, тогда как гордости мы служим более целеустремленно.

Приведу свежий пример. Одна сестра высказывала свое впечатление о посещении христианского лагеря для детей. Посмотрев на мобильные телефоны у детей, на дороговизну иномарок, на которых их туда привезли, на изысканную одежду, она опешила. А здесь на зло стала свидетелем разговора между двумя сестрами: «Сразу видно, кого Господь благословляет. Посмотри: тот имеет все, что нужно, а вот та и трудится в поте лица и ничего не имеет. Как говорится, работает для дырявого кошелька».

Довершило ее тягостное состояние возвращение домой. Она приехала в лагерь на маршрутном автобусе и хотела попроситься к одному из братьев в микроавтобус, но он ей отказал под благовидным предлогом: «Ты не с нашей церкви». Она отошла в полном шоке: вот это христианство? Что же с ним сделалось? А здесь ей на встречу другой брат- служитель. Заметил ее расстроенное состояние: «Что-то случилось?» Она и рассказала ему свою нужду. «Странно, — ответил тот, — ведь он мне пять минут назад говорил, что имеет свободные места. Может быть уже взял кого-то. А ну-ка пошли к нему».

Подходят: «Ты говорил, что у тебя есть свободное место в машине». «Есть», — услышали они в ответ. «А почему же ты не взял эту сестру? Она просила тебя?» «Нет… вернее, я ничего такого не говорил». Сестра в слезы: «Да, как же тебе не стыдно? Неужели я это сама выдумала?» «Ты меня просто не поняла. Я имел в виду другое», — выкрутился из неловкого положения брат. В конце концов, под давлением служителя он взял нашу сестру в микроавтобус, но навряд ли Бог засчитал ему это в добродетель. Вот так духовно убивают наших братьев и сестер в настоящее время. Капиталистическая выгода сделала с нашим братством то, чего не смогли достигнуть советские гонения. А если дать ему еще и власть, то гибель будет неизбежной.

Заключение
Мы рассмотрели два места Писания, имеющие непосредственное отношение к такой теме, как «духовное убийство». Хотя христиане не убивают друг друга физически, они очень часто бывают подвержены сильной вражде и затяжным спорам даже на бытовой основе. Хотя их ненависть может принимать и более благородные формы, ее результатом все равно бывает одно и то же — соблазн, от которого уходят в мир, а значит и в погибель многие слабые души. Проблема вербальных оскорблений, зачинающаяся обычно внутри семьи, трудового коллектива или церкви, постепенно выходит за их пределы и заражает ненавистью все общество.

Важно отметить, что никакая справедливость не позволяет нам оскорблять других людей. Не даром апостол Иоанн указывает: «Всякий, ненавидящий брата своего, есть человекоубийца. А вы знаете, что никакой человекоубийца не имеет жизни вечной, в нем пребывающей» (1 Ин. 3:15). «Никакой» — это значит, и тот, у которого есть основании для гнева и ненависти, и тот, у кто таковых оснований нет, потому что в другом месте сказано, что никакой «гнев не творит правды Божьей» (Иак. 1::20), а также «гневаясяь, не согрешайте» (не: «не согрешайте, когда гневаетесь», а: «не согрешайте посредством гнева»). Это значит, что в своей реакции на зло мы не можем подражать этому злу.

Нередко бывает так, что глава семейства или служитель церкви за малейшую провинность вычитывает своих подопечным такими словами, что, кажется, что он — директор частной фирмы, а не духовный наставник. Между тем, Новый Завет запрещает нам производить по отношению к нашим «ближним» (и не только) даже словесные оскорбления, ведущие к духовной (психологической) смерти. Многие жертвы этого чисто вербального насилия предстанут на Последнем суде у Белого Престола со своими обидчиками и будут свидетельствовать против них. И если уже архангел Михаил не имел права обругать или проклясть сатану, то что говорить уже о простых людях. Никакой справедливостью нельзя оправдать желание «воздавать злом на зло или ругательством на ругательство», поскольку христианин не пользуется «плотскими орудиями воинствования». Пусть это предостережение сохранит нас от совершения духовного насилия над чувствами наших ближних.

Запись опубликована в рубрике Без рубрики с метками , , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s