Конспект лекций по предмету «История баптизма 2».

Гололоб Г.А.

Зарождение евангельского движения в царской России
Официальной датой возникновения российского баптизма в России считается 20 августа 1867 года, когда в Тифлисе бывший молоканин Никита Исаевич Воронин был окрещен баптистским проповедником Мартином Карловичем Кальвейтом. Тем не менее, одиночные крещения украинских крестьян были намного раньше этой даты. Рост общин и появление их организованной формы также возникли на юге Украине раньше, однако украинские верующие не сразу крестились через погружение и даже не сразу вышли из православия. И все же, первая местная баптистская церковь, организованная на территории царской России, возникла в г. Зиру (Латвия) в 1860 году. Бывших лютеран крестили немецкоязычные баптисты из г. Клайпеда (Литва), возникшие там в 1841 году. Руководил этой общиной латыш по национальности Адам Гертнерс (1829-1875).

Общепризнано, что первые евангельско-баптистские общины возникли в России в 60-е годы XIX века в трех регионах: на юге Украины (нынешние Николаевская, Кировоградская, Киевская, Днепропетровская и Запорожские области), в Закавказье и в Петербурге. Все эти три ветки возникли независимо друг от друга и представляли собой самобытные явления, указывающие на духовный поиск славян. Вместе с изданием Нового Завета (дважды: 1822 и 1862) на русском языке и разносимого по селам большим количеством книгонош это создало благоприятные условия для духовного возрождения народов, входящих в Российскую империю.

Жажда по Слову Божьему у русского народа была постоянной, однако Православная церковь не была в состоянии ее удовлетворить должным образом. Данное положение вылилось в создание таких оппозиционных православию религиозных движений, как стригольничество, духоборство, молоканство. Предшественниками русских баптистов были «водные молокане» Закавказья, которые стали практиковать водное крещение еще с середины XIX-го века. Еще ранее, в середине XVI-го века самобытно возникло протестантское по своему духу учение Матвея Башкина и его последователя Феодосия Косого, которые отрицали иконопочитание, исповедь, постановления Вселенских соборов и всю церковную обрядность. Еще ранее, в 1374 году в России возникли «стригольники», исповедовавшие подобные взгляды.

Когда русский народ принял евангельское учение через посредство дарбистов в Санкт-Петербурге, пиетистов на Украине и баптистов на Кавказе, многие его последователи были привлечены из рядов беспоповцев, хлыстов, духоборов, молокан и других религиозных обществ и отдельных лиц, находившихся в оппозиции к официальной церкви (к православию). Разумеется, евангельское движение не собрало вокруг себя лишь противников православия, но стремилось отгородиться как от явно еретических учений, так и от голословной критики официальной позиции государственной церкви.

Примечательно, что выдающийся лидер евангельского движения в России Иван Проханов, а также, по выражению В.Д. Бонч-Бруевича, «высокочтимый вождь русского баптизма» В.Г. Павлов, как и многие другие пионеры протестантизма в России (В.П. Степанов, П.В. Иван-Клышников В.К. Шельпякова, В.И. Финогенов, Г.И. Мазаев, Н.И. Воронин, В.В. Иванов, А.А. Стоялов, И.И. Попов, Г.И. Шипков, предки по материнской линии Г.П. Винса и др.), были выходцами из молокан. В этом видна общая тенденция мучительных духовных поисков русской души. Примечательно, что молокане были пацифистами. Вот почему меннонитская проповедь на юге Украины была воспринята как родственная.

Пробуждение среди немецких колонистов, которое явилось толчком к Пробуждению украинских крестьян, не следует переоценивать. Царским правительством разрешалось крещение лиц лишь немецкой национальности, обращение же в веру православных жестко каралось законом. Все это представляло евангелизацию среди местного населения «делом самих утопающих». Сами колонисты, появившиеся на Украине вследствие изданного Екатериной II указа от 22 июля 1763 года, были сторонниками различных богословских взглядов: меннониты, лютеране и реформаты. По численности меннонитов было больше, чем лютеран и реформатов вместе взятых, поскольку они поселись на юге Украины значительно раньше и продолжительнее (с 1778 по 1859 годы).

В первой четверти XIX-го века среди немецких поселений началось духовное пробуждение, связанное с деятельностью лютеранских и реформатских миссионеров, находившихся под влиянием пиетизма (Людвиг Гоффакер, Иоганн Бонекемпер и др.). Пробужденные немцы не выходили из своих традиционных общин и представляли собой чисто духовное движение, получившее в народе название «штундизма». При этом в их среде началось движение за создание собственных общин, которое получило название «нового пиетизма».

«Новые пиетисты» из меннонитов, возникшие под влиянием проповеди лютеранского пастора-пиетиста Э. Вюста, не так боялись нарушения закона, как старые. Это позволило некоторым из меннонитских пасторов (А. Унгер, И. Виллер, П. Фризен) начать крестить украинцев. Так, например, был крещен в 1869 году Ефим Цимбал, буквально принудив к тому А. Унгера. В том же году Цимбалом был крещен Т. Хлыстун, в следующем И. Рябошапка – видные Божьи труженики среди своего народа. Рябошапка крестил Ф. Онищенко и М. Ратушного в 1871 году.

Возникнув на территории современной Кировоградской области, новое движение в течение нескольких последующих лет перекинулось в Херсонскую, Киевскую и в нынешние Днепропетровскую и Житомирскую области. За первое пятидесятилетие (1867-1917) своего существования евангельское движение из единичных общин выросло в более чем двухсоттысячное братство, пережив два периода жестоких гонений (90-е годы XIX столетия и 2-е десятилетие XX века).

Если пробуждение на Украине и в Закавказье находилось под влиянием немецких колонистов, то в Санкт-Петербурге была ситуация другая: сюда специально пригласили с проповедью Слова Божьего лорда Редстока. Историк братства ЕХБ Сергей Савинский в своей работе «История евангельских-христиан баптистов Украины, России и Беларусии (1867-1917)» пишет о пробуждении на севере России следующее: «Петербургское пробуждение явилось плодом труда проповедника Евангелия лорда Редстока в среде высшей аристократии, а источником его, в свою очередь, послужило евангельское пробуждение двух знатных дам Е.И. Чертковой и Н.Ф. Ливен, переживших возрождающее действие Слова Божьего и Духа Святого до появления в Петербурге приглашенного ими лорда Редстока» (с. 92).

О самобытности первых общин евангельского направления свидетельствуют следующие факты:
1. Общины братских меннонитов не прибыли из Германии, а возникли в среде церковных меннонитов, причем лишь через два поколения (50-60 лет) после своего появления на юге Украины (из Пруссии они переселились, будучи церковными меннонитами).
2. Никто из россиян, живших бок о бок с колонистами, не присоединился к меннонитским, лютеранинским или реформатским колонистским церквам, а баптистов среди переселившихся вообще не было.
3. Духовное возрождение началось на традиционной почве молокан и православных, приведя к выделению из среды первых “водных” молокан, а из среды последних – штундистов новопиетического направления.
4. Первые отечественные баптистские общины возникли в разных регионах России (Украина, Закавказье, Таврическая губерния и Петербург) стихийно и не имели единого организационного центра.
5. Первые группы украинских протестантов не стремились выйти из Православной церкви.
6. Петербуржские общины не унаследовали дарбистские взгляды лорда Редстока, поскольку признавали детокрещение.
7. Вероучения российских протестантов XVIII-XIX столетий (молокан-уклеинцев, христиан крещённых по вере – баптистов, братских меннонитов) были обоснованны только на Священном Писании. Достаточно ознакомиться с “Кратким катехизисом или изложением вероисповедания русских баптистов, т.е. взрослокрещённых христиан” Ивана Рябошапки, “Устройством богослужения и догматами веры” Никиты Воронина или вероучением братских меннонитов, составленным Абрамом Унгером и Петром Фризеном, чтобы увидеть, насколько они далеки от академических стандартов, принятых в западном протестантизме.

Все эти данные свидетельствуют, по крайней мере, не о «чистом» заграничном влиянии на возникновения российского протестантизма, что подтверждают и светские специалисты. Например, Александр Зайченко, участвуя в круглом столе, организованном порталом «Религия и СМИ» в апреле 2003 года, отмечал: «На севере России, в Петербурге, во второй половине XIX века родилось евангельское северное движение, чисто рациональное, интеллектуальное, основанное лордом Редстоком. Он проповедовал в аристократических салонах, и первыми уверовавшими стали княгиня Ливен, княгиня Гагарина, граф Корф, граф Бобринский и др. Ошибочно думать, что оно является чисто заимствованным явлением. Как и южнороссийский баптизм, евангельское движение вобрало в себя и заграничное влияние, и многолетний опыт русского домашнего, кружкового изучения Евангелия среди образованных классов российского общества. Наконец, оба течения первоначального российского протестантизма вобрали в себя традиции чисто русских протестантских церквей мистического толка, особенно молокан».

В 1884 году в с. Ново-Васильевка Таврической губернии создается Союз русских баптистов, первым председателем которого был избран И.И. Виллер, обращенный из меннонитов в 1865 году. В 1886 году Виллер был выслан из России и председателем стал Д.И. Мазаев. В 1928 году было издано Вероисповедание русских баптистов, переведенное Павловым из Вероисповедания немецких баптистов, изданного И. Онкеном в Гамбурге. Это исповедание носило на себе отпечаток кальвинистского богословия.

В конце девятнадцатого века независимо от южноукраинского штундизма в среде петербургских аристократов возникло движение пашковцев. В 1908 году на основании этого движения был создан Всероссийский Союз евангельских христиан, который возглавил И.С. Проханов (1869-1935). В 1910 году Союз принял арминианское Исповедание Евангельских христиан, богословие которого унаследовали Вероучения ВСЕХБ 1983 года и, особенно, СЦЕХБ 1991 года.

Евангельское движение при Советской власти
После прихода к власти в России большевиков евангельские христиане, как сильно пострадавшие от царизма, некоторое время находились в покое. Меннонитской миссии Якова Дика была даже предоставлена беспрепятственная возможность повсеместной проповеди Евангелия. Ситуация резко изменилась с начала 1929 года, когда во власти стал формироваться сталинизм, а в религиозной сфере установилась идеология воинственного атеизма. Репрессии 30-х годов привели к полному прекращению деятельности обоих протестантских союзов. Эти два союза были объединены (разумеется, вынуждено) лишь во время войны И.В. Сталиным.

После правительственного постановления от 8 апреля 1929 года «О религиозных культах» был взят курс на полное искоренение религии в СССР. За эти годы дважды переформатировалась статья Конституции о свободе совести (в мае 1929 г. и в 1936 г.), так что религиозная свобода была сведена на нет. Было арестовано подавляющее большинство церковнослужителей баптистских общин и многие активные верующие. Закрытые суды-«тройки» приговаривали их к лагерным срокам до 25 лет за «антисоветскую агитацию». По данным евангельских христиан-баптистов (ЕХБ), в эти годы были отправлены в лагеря около 25 тысяч их единоверцев и около 22 тысяч там погибли. Молитвенные дома ЕХБ по всей стране были закрыты, остался лишь один в Москве и еще один в Новосибирске.

Требования союзников, как, впрочем, и заигрывание А. Гитлера с религией, принудили И. Сталина сделать уступки религии, включая и протестантов. Сталин был вынужден отозвать из ссылок лояльных к советской власти руководящих лидеров протестантов, чтобы из их числа снова создать единый руководящий центр, объединяющий баптистов и евангельских христиан. Еще до Тегеранской конференции 1943 года, в конце 1942 года из лагерей и тюрем была возвращена часть известных братьев, например, председатель Союза баптистов Я. Жидков и секретарь Союза евангельских христиан А. Карев. Остававшиеся на свободе лидеры баптистов И. Галяев и Н. Левиданто попросились включить их общины в Союз Евангельских христиан. Из числа этих братьев в 1943 году и был создан Всероссийский Союз Евангельских христиан и баптистов (ВСЕХБ), состоявший из семи членов. Заметим, возвратившиеся из уз братья не были призваны на фронт, хотя война была в самом разгаре, потому что им было суждено выполнять другую роль.

Игра в свободу религии продолжалась лишь до 1947 года, когда была прекращена регистрация новых общин. Началось снова затягивание гаек. С 1944 по 1965 гг. только на Украине закрылось более 800 общин, а численность баптистов сократилась с 180.000 до 120.000 человек. Но еще больший зажим ожидал верующих при Хрущеве, который пришел к власти в 1956 году, через три года после смерти Сталина.

Евангельское движение во время хрущевских гонений
В 1961 году на XXII-м съезде КПСС Хрущёв объявил, что к 1980 году в СССР будет построен коммунизм: «Нынешнее поколение советских людей будет жить при коммунизме!» Следовательно, религии должен быть положен конец. Хрущев даже планировал показать по телевизору последнего верующего. Таким образом репрессии гражданские при этом лидере советской страны свелись к репрессиям исключительно религиозным.

Хотя сам Хрущев был смещен через три года после этого заявления, его дело продолжили последовавшие ему партийные лидеры. 29 декабря 1959 года Пленуме ВСЕХБ были приняты два документа, приведшие к расколу братства ЕХБ: Положение о Союзе евангельских христиан-баптистов и Инструктивное письмо старшим пресвитерам ВСЕХБ. Содержанием этих документов церкви предписывалось не привлечение в свои ряды новых членов, а удовлетворение потребностей уже существующих. Эти документы были созданы под давлением внешних, но составлял их Президиум ВСЕХБ, возглавляемый Александром Васильевичем Каревым.
Разумеется, не всем церквам понравились эти документы (вернее только первое, которое было донесено до церквей), однако большинство из них согласилось смириться с требованиями безбожных властей. Тем не менее некоторая часть верующих по разным местам понимала, что церковь нельзя ставить в такую зависимость от “внешних”, замещавших собой Христа и Священное Писание. У них открылись глаза на то, почему никогда не проводились членские собрания, а решения двадцатки или членского совета всегда доносились в КГБ, его представителем в церкви – уполномоченным от властей, стоявшим выше самого пресвитера.

Притеснять церковь начали еще раньше, но не путем введения новых документов. Еще в 1954 году, когда Хрущев пришел к власти, вышло известное постановление, смысл которого состоял в том, чтобы устранить ошибки и перекосы в деятельности партии правительства по отношению церкви. Дело в том, что при Сталине в последние годы, начиная с 1947 года, прекратилась вообще регистрация новых церквей. Были только существующие на тот момент церкви, в которых постепенно шел процесс укрупнения, поскольку властям надо было отчитываться об успехах антирелигиозной работы. Поэтому наиболее простым таким средством было сокращение количества религиозных точек.

В соответствии с новым Положением, созыв съезда не предусматривался (ни по инициативе «сверху», ни «снизу»), как это было в постановлении ВЦИК от 8 апреля 1929 года. Требовалось максимально ограничить крещение верующих в возрасте от восемнадцати до тридцати лет. Инструктивное письмо просто требовало покончить с погоней за количеством верующих, а число крещаемых и посещение других церквей свести к минимуму. Проповедовать имели право только пресвитер, члены исполнительного органа и ревизионной комиссии (фактически, 4-5 человек), что противоречило обычной практике, принятой в евангельско-баптистских церквах. Во время богослужений необходимо было избегать призывов к публичному покаянию, то есть практически требовалось отступить от идеи евангелизации, которой баптисты были верны на протяжении всей своей истории.

Согласно с Письмом, пресвитер не должен был допускать хоровых и оркестровых выступлений, декламаций стихов, а также устроение библейских и других специальных собраний: воскресных школ, молитвенных групп, молодежных общений. Все духовные нужды должны были удовлетворяться лишь в помещении зарегистрированной церкви. Ответственность за исполнение этих требований, согласно Инструктивному письму, возлагалась на пресвитера церкви.

Но пунктами, вызвавшим наибольшее возмущение верующих, было запрещение допускать детей на богослужения, крестить молодежь до 18 лет и оказывать материальную помощь из средств общины. Примечательно, что запретом на посещение богослужений детьми «Новое Положение» превосходило по своей суровости законодательство 1929 года. В последнем не говорилось о том, что дети не могли посещать общецерковные собрания. Там запрещалось лишь проведение специальных детских богослужений.

Несомненно, что текст этих документов был составлен государственными органами, а члены ВСЕХБ должны были только подписать их. Идеи этих документов достаточно схожи с Положением 1929 года. Только тогда власть боролась с верующими с помощью законодательства, теперь же было решено покончить с евангельско-баптистским движением изнутри. Поскольку кандидатуры на крещение определялись КГБ, которым контролировалась вся руководящая (члены исполнительного органа общины назначались и снимались уполномоченными по делам религии), проповедническая (призывные проповеди были отменены) и запрещалась вся молодежная деятельность, а также из-за отсутствия подготовки служителей братства (не было никаких курсов, никаких институтов, занятий с проповедниками) братство ЕХБ было обречено на постепенно отмирание. Таков был расчет безбожной советской власти.

Самое откровенное из них Инструктивное письмо не было предназначено для обычных пресвитеров и служителей. Поднаготную должны были знать лишь президиум ВСЕХБ и старшие пресвитера, которые назначались на эту должность лишь по предложению спецслужб. Тем не менее, содержание Письма стало известно «инициативникам» через родственника Артура Иосифовича Мицкевича Калиниченко. Они и постарались предать его гласности, чтобы показать, как руководство ЕХБ предавало интересы дела Божьего в угоду внешним и своей собственной безопасности. Правда, сами руководящие братья рассчитывали на то, что по местам поднимется массовый протест против такого грубого вмешательства государства в дела церкви. Таким способом они хотели указать властям на причину протеста, содержащуюся не в себе самих, а во всем братстве. Однако именно пассивность и страх перед властями не позволили им сделать это последовательным образом.

«Инструктивное письмо» призывало старших пресвитеров к выступлению против «нездоровых миссионерских проявлений», запрещало проведение крещений до 18 лет, а также посещение богослужений детьми. «Новое положение» не позволяло посещать другие церкви разъездным проповедникам, предписывая проповедовать только в своей общине и только в пределах молитвенных домов. Финансирование нуждающихся семей (с расчета на семьи узников) из общецерковной кассы запрещалось. Групповые собрания кроме официальных не позволялись даже в молитвенном доме, что следовало понимать как запрет на проведение молодежных общений. На богослужениях запрещалось использовать передвижные музыкальные инструменты, такие как гитара. Посещения других общин, например, хорами также отрицалось.

Официальным началом рождения движения за возрождение в братстве ЕХБ следует считать 13 августа 1961 года, когда представители Инициативной группы посетили канцелярию ВСЕХБ, где и вручили текст своего обращения. Из 12 служителей, приглашенных на совещание Инициативной группы в Москву, на месте оказалось только трое: Прокофьев, Хорев и Дубовой. Поскольку Акименков не смог прибыть из г. Подольска Московской области (накануне он был арестован и сослан в Сибирь), подпись вместо него поставил А.Ф. Прокофьев из Донбасса. Но этому малому начинанию было суждено удивить мир.

После повторного обращения к ВСЕХБ от 23 августа братья разослали свое “Послание” к поместным церквам. Поскольку его развозила уже обученная действовать в условиях конспирации молодежь, спецорганы не сумели воспрепятствовать распространению этого письма по местам. Инициативная группа призвала верующих ЕХБ обратиться к властям с просьбой разрешить провести съезд (которого не было с 1926 г.), на котором она планировала отменить «Положения» и «Инструктивное письмо» и переизбрать ВСЕХБ.

Когда данные обращения из многих мест посыпались в правительство, КГБ поняло, какой оборот может получить дело, но было уже поздно. Хотя и начались массовые отлучения от церквей, было понятно, что отлученные не перестанут собираться, тем более поддержат Инициативную группу.

Верующие имели право на созыв съезда, но власти не предполагали, что они воспользуются этим правом. Новое Положение было и создано с той целью, чтобы лишить церковь именно этой возможности. Поскольку же официально Законодательство от 1929 года так и не было отменено, идея созыва съезда как законного права верующих была сильным организационным стимулом для нового движения. Никакого более громкого призыва даже и нельзя сейчас себе представить.

Нужно особо отметить, что возможность съезда по законодательству 1929 года имелась даже «снизу», по этой причине, когда начались отлучения от церквей всех сторонников созыва съезда, поведение пресвитеров было похоже на отречение от интересов церкви. Они даже не попытались защитить членов своих церквей от нападок властей путем указания на противоречие Положения более важному по значению Законодательству от 1929 года. Фактически из регистрированного братства никто не вышел добровольно, а был просто изгнан.

В 1942 году при Совете Министров СССР был сформулирован Совет по делам религий и культов (СДРК), занявшийся «приручением» церкви и разрушением ее изнутри. Из в срочном порядке освобожденных из лагерей служителей, склонных к сотрудничеству с властями, был сформирован Всесоюзный Совет ЕХБ (ВСЕХБ). В период 1945-1948 годов возродилось около 5 тысяч баптистских общин, из которых зарегистрирована была лишь одна треть (1696). Необходимым условием регистрации было признание главенства ВСЕХБ и подобранных властями старших пресвитеров, контролировавших общины. Вот против этой марионеточной церкви и выступили «инициативники», обнажив подлинное безбожное лицо советского государства. Поставленные вне закона баптистские общины вскоре получили название Союза Церквей ЕХБ (СЦ ЕХБ).

В течение 1960-1963 гг., в период наиболее напряженной борьбы за съезд, были арестованы около 200 активных «инициативников». Власти поняли, что противиться созыву съезда далее — значит сделать отход верующих от ВСЕХБ необратимым. Было решено ради спасения верного им состава ВСЕХБ пожертвовать «Новым положением» и «Инструктивным письмом». Чтобы ВСЕХБ не утратил инициативу, был предпринят следующий трюк. Совет по ДРК дал разрешение не на съезд, а на проведение совещания ВСЕХБ. Совещание это, собравшись (15 октября 1963 г.), переименовало себя в съезд. Съезд отменил «Новое положение» и «Инструктивное письмо», заменив их менее откровенным в своей антиевангельской сущности Уставом ВСЕХБ.

Председатель Совета ДРК А. Пузин на закрытом совещании в августе 1965 г. объяснил причины этих уступок:
«Местные органы, как вы знаете, пробовали уже сажать в тюрьмы баптистов-раскольников, но это не дало хороших результатов… Гонения возвысили и укрепили авторитет вожаков Оргкомитета и помогли им… привлечь на свою сторону многих верующих… Нужно прямо сказать, что некоторое время тому назад создалась реальная угроза того, что Оргкомитет сумеет овладеть руководством всей церкви. Эта опасность и сейчас полностью не устранена».

Самые длительные сроки (пять лет тюрьмы и пять лет лагерей) получили первые арестованные братья (П. Якименков, А. Прокофьев, Б. Здоровец). Власти боялись сразу пересадить всех лидеров нового движения из-за большой поддержки всеми баптистскими церквами. Тем не менее к концу 1962 года за решеткой оказалось 94 человека. В 1966 году были арестованы и получили по три года лагерей М. Хорев, Г. Крючков и Г. Винс. В конце 1970 года Геннадий Крючков ушел в глубокое подполье, где и находился до распада Советского Союза в 1991 году – в целом около двадцати лет. В 1981 году были арестованы оставшиеся на свободе члены СЦ ЕХБ: Николай Батурин, отбывший уже 5 сроков, в общей сложности 16 лет; заместитель председателя СЦ Петр Румачек, прежде отбывший в лагерях 12 лет; Николай Храпов, отдавший заключению 26 лет жизни.

В 1966 г. Совет Церквей ЕХБ обратился с официальной просьбой разрешить отпечатать 10 тысяч Евангелий и 5 тысяч сборников духовных гимнов. Когда же власти даже не ответили на этот запрос, баптисты пошли на создание собственного издательства, которое получило название «Христианин». Был сконструирован с нуля не имеющий аналогов в мире печатный станок на основе офсетной печати. В июне 1971 г. только возникшее издательство «Христианин» обратилось к председателю Совета Министров СССР Косыгину, уведомив его в том, что не намерено заниматься коммерческой деятельностью. К 1983 г. издательство «Христианин» отпечатало около 500 тыс. Евангелий и духовных сборников на русском, украинском, молдавском, грузинском, осетинском, немецком и других языках. Стали изготавливаться типографским способом «Братский листок», «Вестник истины» и Бюллетень Совета родственников узников ЕХБ.

О размерах преследований отколовшейся от ВСЕХБ группы церквей, получившей название СЦ ЕХБ, зарубежные христиане узнали не скоро. Первое выступление московских правозащитников в защиту гонимых баптистов относится к 1974 г. Инициативная группа защиты прав человека в СССР и академик А.Д. Сахаров обратились к международной общественности в связи с делом Георгия Петровича Винса. В 1976 г., сразу после создания Московской Хельсинкской группы, баптисты обратились в группу с жалобой на отобрание детей у верующих родителей.

За 10-летие с 1961 по 1970 гг. были арестованы 524 человека (около 200 из них — в период наиболее активной борьбы за съезд, с 1961 по 1963 гг.). Среди этих 524-х были 44 женщины, 8 человек за эти 10 лет умерли в заключении. В 1971 г. было 48 арестов, в 1972 — 53, в 1973-1975 гг. — 70. На 1 января 1980 г. в заключении находилось 49 баптистов, к маю 1982 г. их стало 158, что составило половину всех находившихся тогда в заключении «за веру». Усиление репрессий не только в учащении арестов, но и в увеличении численности женщин среди арестованных, и в ужесточении приговоров. Постоянные преследования сократили численность приверженцев независимой баптистской церкви. Если во второй половине 60-х годов, сразу после ее отделения, к Совету церквей отошло не менее 50% всех баптистов, в 80-е годы остались ему верны около 2000 общин, примерно 70 тысяч взрослых членов. Остальные скрепя сердце согласились на регистрацию: подвижничество — всегда удел меньшинства.

В начале 1982 г. журнал Кестона опубликовал беспристрастный отчет, начинавшийся следующими цифрами: “Число заключенных христиан, по сведениям института Кестон, в течение 1981 г. продолжало расти и к концу года достигло 350 человек. Это цифра почти вдвое превосходит данные трехлетней давности… Конкретно рост числа заключенных составил 52 человека в 1979 г., 75 человек в 1980 г. и 43 человека в 1981 г. В 1979 сообщалось о 81 аресте, в 1980 – о 113 арестах, и в 1981 – о 120 арестах… Приговоры, которые выносились в течение этого периода заключенным-христианам, составляли от 10 месяцев до 13 лет. Самый большой рост арестов зафиксирован среди адвентистов Седьмого дня, баптистов и литовских католиков” (Религия в коммунистических странах, т. 10, № 1, 1982, с. 81-83).

Евангельско-баптистское братство в период демократизации общества
Тем не менее, баптисты-«инициативники» эту духовную битву выиграли, оказавшись в условиях, испытать которые пришлось немногим христианам: мученики в первые триста лет христианства, анабаптисты в период Реформации и члены Исповеднической лютеранской церкви при Гитлере. Диссидентское движение, возникшее позже (лишь 1969 году), опиралось именно на их мужество.

Позднее в отделившемся братстве СЦ ЕХБ произошли разногласия, приведшие к отделению нескольких групп церквей (в Украине, Ростове, Казахстане). Вне общения с братством оказались такие опытные служители, как И.Д. Бондаренко, Н.К. Величко, Ю.Ф. Куксенко, М.Т. Шаптала, А.И. Коломийцев и другие.

В 1969 году в Туле был созван съезд СЦ ЕХБ, на котором была дозволена автономная регистрация. По вопросу о том, какой она должна быть, в Киевской поместной церкви возникло разногласие с общим курсом, в результате которого в 1974 году от братства были изолированы несколько украинских церквей (Киев, Житомир, Одесса).

Это совпало с временем потепления религиозной политики страны Советов, связанным с подписанием СССР т.н. «Хельсинских соглашений» по правам человека (1975). Опасаясь данного положения, в 1976 году майское совещание служителей СЦ ЕХБ в Харцызске открыто осудило возможность автономной регистрации. В 1979 году М. Шаптала был выведен из членов СЦ ЕХБ и безуспешно пытался доказать незаконность этого решения, принятого лишь Г. Крючковым и Г. Винсом.

После долгой изоляции церкви, получившие автономную регистрацию, начали независимое служение. В 1989 году вместе с отколовшимися ростовскими церквами Михаил Шаптала образовал Братство независимых церквей Южного региона. После регистрации 11 мая 1993 года оно приняло название «Братство независимых церквей и миссий евангельских христиан баптистов Украины». Был разработан устав и избран совет из семи служителей объединений.

В 1975 году ограничили в правах, как члена СЦ ЕХБ, Николая Петровича Храпова, что в 1979 году привело к возмущению всего среднеазиатского объединения братства. В 1980 году Храпов был снова арестован и осужден на свой пятый срок (четвертый продолжался с 1966 по 1971 годы), из которого он не вернулся. 6 ноября 1982 года Николай Петрович Храпов умер в лагере. Среднеазиатское разделение в гонимом братстве так и не удалось преодолеть.

Секретарь СЦ ЕХБ Георгий Петрович Винс в 1979 году был лишен гражданства и выслан из СССР. Вначале он возглавлял Зарубежное представительство братства СЦ ЕХБ и организовал Русскую Миссию Благовестия, однако в 1988 году неожиданно выведен из состава СЦ ЕХБ по обвинению в независимом служении. Это привело к очередному разделению в СЦ ЕХБ: от братства отошел ряд церквей: Владимир Зинченко (Москва), Михаил Стахурский (Киев), Евгений Родославов (Одесса), Николай Шепель (Черкассы) и другие. Петр Румачек со своей церковью также начал независимое служенье в Подмосковье (г. Дедовск). Отделившиеся от СЦ ЕХБ братства несут сейчас самостоятельное служение.

Согласно статистике, приведенной на Тульском съезде МСЦ ЕХБ в конце 2005 года, незарегистрированное братство состояло из 66 373 членов церкви и включало в себя 2 715 церквей и групп. По данным 2008 года, в союз входило 2 964 церкви и группы верующих, около 71 000 членов церкви и 40 000 детей. По состоянию на 1 января 2013 года, число общин, входящих в братство МСЦ ЕХБ, составило 2 825, крещенных верующих 71 000, детей 37 000.

По состоянию на 1 января 2009 года, на Украине существует 2 550 поместных общин ЕХБ, входящих в ВСО ЕХБ (Украина), которые объединяют 131 000 верующих. По данным, представленным на 25-м съезде ВСО ЕХБ, в его состав входят 2 399 церквей и 428 групп общим числом верующих 136 тыс. В союзе ВСО насчитывается 1 921 служитель. По состоянию 2006 года, в Российский союз ЕХБ входит 1197 общин и 549 групп верующих. Общее количество членов церкви 75 804. В настоящее время число верующих во всех существующих союзах ЕХБ сокращается.